Последние обновлённые темы
Мини-чат
Войти на сайт
   |
| Аниме форум Наше творчество Книжная полка Фанфики Момои |
| Момои |
Воскресенье, 07.12.2014, 22:31#16
Глава 7
Ханамия Путь к Тортуге занял ровно неделю. Именно к этому островку, что лежит к северу от Скалистого, направились Хикари с Акаши. По их словам, Тортуга — настоящая столица пиратов Карибского моря. Так было всегда, уж очень удобно на острове защищаться. Но особенной популярностью у пиратов Тортуга стала пользоваться после воцарения там губернатора Ханамии. Именно воцарения — получив из Франции пушки и выстроив на деньги короны неприступную крепость, Ханамия перестал кому-либо подчиняться. Сам в прошлом бывший корсар, знаменитый и жестокий, он знал многих пиратов и с удовольствием разрешал им отдыхать и чинить корабли в своей вотчине. Правда, было одно условие: десять процентов добычи с каждого пришедшего на Тортугу корабля переправлялось в карманы губернатора. Франция не имела достаточно сил за океаном, чтобы справиться с мятежным губернатором, и терпела его бесчинства, справедливо полагая, что основной урон все равно несут ее вечные враги — испанцы. — Испанцы этот остров не заселили! — рассказывала всем счастливая Хикари, устроившая в честь их с братом капитанства праздничный ужин. Они сидели в каюте покойного Ивамуры, за его столом, среди его вещей, пили его вино и чувствовала Момои себя отвратительно. — Французские охотники, повадились охотиться на испанской территории. А в случае опасности удирали на Тортугу, прятались там в скалах. Испанские вылазки толку не приносили — охотники убегали в леса, к тому же их поддерживали пираты, которые запасались у них провиантом. Там и бухта удобная, и леса много для починки. Вырос целый поселок, кажется, он называется Кагар. Тогда испанцы направили на остров большой отряд и перебили почти всех, кого там застали. Охотники попросили помощи у Франции, ну вот король и прислал туда Ханамию. Только старый разбойник всех перехитрил! Теперь это не французский остров, а его собственный. Говорят, у него удивительная крепость, но я там не была — отец отправил в Японию, когда ее еще не построили. Думал, что в третий раз мы с Акаши не сбежим! — В третий раз? — удивился Кисэ, поедая солонину с ножа. — А зачем вы убегаете? Он же, наверное, денег вам достаточно присылал? — Мы — пираты, — объяснил Акаши и сам налил себе вина. — Что нам делать в Японии? К тому же, мы родилась здесь, и здесь хотим жить. — А кто ваша с Хикари мама, капитан Акаши? — спросила Алекс. — Она — тоже… — Нет, она не пират. Мамочка была испанкой. Папаша нашел ее на захваченном корабле и женился. Обычное дело. Но она умерла при родах, а у отца тогда были неприятности… В общем, у него не вышло никуда нас сбагрить в первые семь лет. Потом он хотел нас отправить на его родину, но там опять началась война. Хотел пристроить в Англии, под чужим именем… Но мы с сестрой сбежали, шли по джунглям неделю. Тогда он отправил нас в Японию первый раз. Мы целый год прожили у наших родственников, чуть не повесились от скуки и сбежали. Месяц ходили с капитаном Хьюгой, на правах оычных матросов. Он думал, мы сломаемся, не справимся — а потом зауважал! Жаль, что его вздернули. Остальных испанцы отправили на каторгу, но отец прознал, что мы там, и устроил на плантацию налет. Снова отправил в Японию, мы снова сбежали… И вот теперь — в третий раз. И будь я проклят, если случится четвертый! Теперь у нас с сестрой есть корабль, мы капитаны и сами себе хозяева! — Это не женское дело! — буркнула Сацуки. — Да и вообще не дело для порядочного человека! Лао только хмыкнул и уткнулся в стакан. Их немногочисленной команды едва хватало для управления бригом, и хорошо еще, что погода по-прежнему им благоприятствовала. Хикари, наслаждаясь своим положением, пристроила к делу даже Алекс. Ей достался камбуз, и к столу нам теперь подавала настоящая женщина. Сацуки было немного жаль ее, до смерти перепуганную и даже немного похудевшую, но, правду сказать, Рико прежде от нее сильно доставалось. Когда девушка поинтересовалась у капитана Акаши о судьбе Александры, он ответил, что собирается «слупить за неё немалый выкуп с того дурака, которого угораздило жениться на этой стерве». Некоторые матросы, не столь отпетые, как Лао или Такао, поначалу сильно переживали и готовы были передумать. Но дни шли за днями, пиратская жизнь оказалась очень похожа на жизнь обычного моряка, и все понемногу успокоились. Тем более, что Хикари с Акаши обещали каждому честную долю после продажи груза. Доли у всех были равными, и только им, как капитанам, полагалась двойная. По дороге к Тортуге они никого не встретили, а когда Хикари узнала берега острова, то даже приказала спустить старый флаг и поднять собственноручно сшитый «Веселый Роджер» — ей хотелось войти в гавань с почетом. Прежде Момои думала, что пираты так под черным флагом и ходят по морям, но правда оказалась не столь красивой. Эти подлые разбойники показывают свое истинное лицо лишь в самый последний момент, когда жертве уже некуда деваться. Утешало девушку только одно: на их флаге не было песочных часов. Впрочем, имея так мало людей, они не смогли бы напасть даже на ловцов жемчуга. Момои, конечно, не обрадовался, услышав о цели нашего плавания. Пиратский остров — уйти с корабля легко, но куда Алекс отправится потом? Можно было бы ей попробовать перебраться через пролив на Скалистый, но до последних поселений испанцев ей пришлось бы идти несколько дней пешком, и Сацуки не была уверена, что Гарсия перенесет такое путешествие. Ко всему прочему, она могли наткнуться на охотников. Да и сами испанцы не вызывали у Момои доверия. Как они поступят, если из леса к ним выйдет такая красавица, как Алекс? И сможет ли она защититься? Но, к ее удивлению, Алекс мысль отправиться на Тортугу очень понравилась. Это было странно — ведь там наверняка было немало знакомых Касуги! Улучив подходящую минуту, Момои попросила объяснений. — Сацуки, а куда, по-твоему, могут отправиться пираты? — спросила девушку Алекс. — Из всех гостеприимных для пиратов местечек, которые упоминал при мне Касуга, Тортуга — самое цивилизованное. Там есть губернатор, которого все слушаются. По слухам, Ханамия человек благородный, и я в крайнем случае могу попросить у него защиты. — Скажите… — Сацуки давно мучил этот вопрос, но она не решалась его задать. — Скажите, Алекс, зачем вы вообще отправились в плавание с таким человеком, как Касуга? Он охотник, а вы — леди. — Он заставил меня, Момои. Просто заставил… Я не хочу о нем вспоминать! — Алекс вручила девушке зеркало и принялась причесываться. — А что матросы говорили о его привычке брать в руку предметы и слушать их с закрытыми глазами? — Да ничего. Кто-то, вроде бы, болтал, что это колдовство. Он ведь часто угадывал, откуда те или иные вещи. — Колдун, — согласилась Алекс. — Именно так, Момои. И я счастлива, что он далеко и с каждой минутой все дальше. — Он тоже может отправиться на Тортугу! — напомнила девушка. — Ну, я не собираюсь там долго задерживаться. Я что-нибудь придумаю? Ну, ты не передумала? Пойдешь со мной? Сацуки хмыкнула и орицательно покачала головой. Хоть ей и не нравилось пиратство, но здесь ее любимый человек. Она вышла из каюты и врезалась в кого-то. Этим кем-то оказался Куроко. — О, а я тебя искал! — сказал он. — Пошли, я кое-что покажу и скажу тебе! Тецу потащил девушку за собой. Остановились они только в каюте Куроко. Сацуки растерялась и тогда Тецу, рассмеявшись, вытащил из ножен на её поясе дядин нож. Потом он достал из кармана какую-то фигурку на цепочке, зажал ее в кулаке и зажмурился. Момои, ничего не понимая, молча наблюдала. Спустя минуту он вернул ей нож и бросил на столик фигурку. Теперь Момои смогла рассмотреть русалку, сделанную из какого-то легкого, серебристого металла. — Что это? — Талисман… Мне подарила его одна знакомая пиратка, когда я только начинал пиратствовать и Акаши с Хикари набирали команду. Тогда они во второй раз сбежали из Японии.— Тецу снова взял русалку, погладил пальцем ее хвост. — Она сказала, что талисман принесет мне удачу. Я был маленький и поверил. Только все это чушь! Я подумал было, что русалка немного похожа на тех леших, что Акаши с Касугой вечно таскают на шее. Мне всегда казалось, что их гадания по вещам как-то связаны с этой языческой безделушкой, а сейчас мне вздумалось проверить… Не знаю, что с лешим, но моя русалка — просто смешная игрушка. Он поднял на Момои глаза и девушка оторопела — его глаза напоминали теперь ночное небо, такие же тёмные. Тецу не заметил ее удивления и, небрежно убрав в ящичек русалку, сказал: — Я хотел тебе кое-что сказать. Помнишь, когда Сейджуро захватывали бриг, я сказал, что ты мне нравишься. Так вот, я... тебя... люблю! — Я тоже, - прошептала Сацуки. Куроко улыбнулся, поцеловал девушку в лоб и ушел переодеваться. Как только он скрылся, Момои, сама стыдясь своего поступка, открыла ящик и взяла русалку в руки. То ли ей показалось, то ли она вдруг ощутила едва заметное покалывание в пальцах. Девушке даже почудилось, что фигурка слегка шевелится на ее ладони. Отчего-то вспомнился сон о ее разговоре с черным человеком в балахоне. Момои посмотрела в зеркало, которое лежало на столе, и сперва не заметила ничего особенного. Однако минуту спустя в ее глазах стал проблескивать оттенок ночного неба. Испугавшись, девушка поскорее убрала русалку и побежала умываться, будто могла смыть с себя это колдовство. Поговорить с Тецу о странном свойстве русалки Момои отчего-то сразу не решилась, а вскоре они уже вошли в гавань Тортуги и ей стало не до того. У причала стояли пять кораблей, и на грот-мачте каждого красовался черный флаг. Когда они проходили мимо, пираты приветственно махали им шляпами, Хикари, вставшая за штурвал, важно им отвечала, Акаши стоял рядом с ней и тоже приветственно всем махал. Бухта и в самом деле была очень удобной, а крепость, или скорее форт, выстроенный Ханамией, надежно защищал ее батареями пушек. Форт стоял высоко на скале и захватить его, по всей видимости, было делом непростым. Они пришвартовались рядом с трехмачтовым барком «Карабас» и вскоре к ним подошли представители губернатора. Они сперва не хотели верить, что Сейджуро — капитаны нашего брига, но потом один из них узнал Лао. — Ты ли это, старина! — закричал он и старые пираты обнялись. — Объясни же мне, Кровавый Лао, что тут происходит? — Ты же слышал: Акаши с Хикари — наши капитаны. Кстати, полностью их зовут Хикари и Акаши Сейджуро. Это имя произвело на людей губернатора глубокое впечатление: они тут же сняли шляпы и раскланялись. Хикари, смешно важничая, провела их по кораблю и показала груз, Акаши лишь посмеивался. Они тут же сговорились и о получении десятины Ханамии, и о продаже остального груза. Сделку было решено заключить попозже, и гости отбыли. Возле корабля к тому времени уже столпились человек тридцать зевак, среди которых Момои видела и негров, и даже индейцев. — Никого не пускать! — приказал Акаши двум матросам, которых выбрал вахтенными. — Чуть что — стреляйте, это наш корабль! Остальные — делайте что хотите, а нам с Хикари нужно нанести визит губернатору. Лао, ты со нами? — Конечно, капитан! Хоть я и стар уже ползать по горам… — Лао, кряхтя, сошел на берег по трапу. — И вот еще: помните, это Тортуга. Кабаки тут есть вполне приличные, а вот приличного народу в них немного. Держитесь за карманы и не дайте никому пощекотать вам ребра ножом. — Капитан, вы позволите и мне пойти к губернатору? — обратилась к Хикари Алекс. — Мне было бы очень интересно. — Интересно? — Хикари смерила взглядом Гарсию, одевшую лучшее платье и выглядевшую просто сногсшибательно. — Забавные у вас, Алекс, интересы. Впрочем, мне наплевать — губернатор сам решает, кого к себе пускать, а кого нет. Момои было любопытно взглянуть на этого жадного, но смелого человека, осмелившегося бросить вызов всем королям сразу. Пошел с ними, конечно же, и Кисэ, хотя в последние дни он пребывал в унынии. Хикари, став капитаном, стала редко обращать на него внимание. Сацуки казалось, что это ее очередная игра, но Рёта очень переживал. Дорога и правда оказалась непростой — они долго поднимались в скалы по узкой тропе. Цитадель находилась в стороне от поселка, и лишь однажды навстречу им попались две босоногие дамы с весьма смуглым оттенком кожи. Завидев их, женщины остановились и началось какое-то безобразие: они показывали на них пальцами, едва ли не катались по земле со смеху, и лишь подойдя ближе Момои поняла, что обе совершенно пьяны. Хикари отвесила одной из дам препорядочный пинок, чтобы освободить дорогу, и компания пошла дальше. Поскольку шли веселые дамы из крепости, то у Сацуки стало складываться не лучшее впечатление об окружении Ханамии. Она оказалась права — возле самых стен укрепления они встретили еще нескольких пьяных, мужчин и женщин. Они громко ссорились с двумя крепкими парнями, вооруженными до зубов. Насколько Сацуки поняла, это были охранники Ханамии, выставившими надоевших гостей вон. Момои оглянулась вниз и увидела с высоты всю бухту и поселок. Даже ей, ничего не понимающей в фортификациях, сразу стало ясно, что крепость построена с большим талантом. Более того, батареи форта могли легко обстреливать единственную ведущую к нему дорогу. Лао, заметив ее взгляд, добавил: — В форте есть источник воды, а в глубокой сухой пещере хранится достаточно пороха, чтобы не пустить сюда целую армию. Но и это еще не все — смотрите туда. Возле охранников, прежде не замеченная Сацуки, покачивалась веревочная лестница, ведущая на самый верх горы. — Так значит, это не шутка! — вдруг воскликнула Хикари. — Смотрите, что придумал, хитрец — попасть в его дом, прозванный «Соколиным гнездом», можно только по веревочной лестнице! — А вы еще кто такие? — обратился к ним один из охранников. — С того «Бриэкета», что вошёл в гавань час назад? — Я капитан этого брига! Меня зовут Хикари Сейджуро. А это, — девушка указала на брата, — второй капитан брига, Акаши Сейджуро. Кстати, что слышно о нашем папаше? — Да вроде ждем со дня на день… — охранники переглянулись. — Он всем говорит, что вы живете в Токио в Японии. — Это в прошлом! — отмахнулась Хикари. — Я могу посетить губернатора, чтобы выразить свою признательность? — Ханамия не позволяет входить в цитадель с оружием. Правило для всех! — охранники стали строже. — Если согласны — думаю, он будет рад вас видеть. — Правила есть правила! — Хикари отдала им пистолеты и шпагу, то же пришлось сделать и остальным. — Алекс, а вы сумеете подняться по этой лестнице? Гарсия, фыркнув, вдруг схватилась за свисавшую из цитадели лестницу и ловко полезла по ней вверх. Тецу пришлось ее подержать, чтобы Алекс не раскачивало ветром. Вверх он, конечно же, ни разу не взглянул. — Держи уж, если взялся! — Акаши полез вторым. — А вы, сдается мне, не впервые видите веревочную лестницу, Алекс! Наверху их встретили еще четверо солдат Ханамии, эти коротали время за бутылкой рома. Момои не могла не подумать про себя, что капитану Ивамуре, которого выпивка довела до нелепого конца, здесь было бы самое место. Один из головорезов пошел и доложил о гостях, после чего компании позволили пройти в зал, где пировал губернатор. Это был человек лет тридцати пяти, с гладким, немного обветренным лицом и крупным носом. Увидев Хикари с Акаши, Ханамия поднялся из-за стола и приподнял шляпу. — Приветствую вас, упрямые дети капитана Сейджуро! Неужели вы снова сбежали?! Да отец привяжет вас к якорю! — А мы не собираемся вести с ним дела! — с вызовом ответил Акаши. — У нас свой корабль, и мы уже сегодня первый раз отдадим вам десятую часть. Рады вас видеть, господин губернатор! — Ну, тогда присаживайтесь! Эй, освободите место для моих друзей, и особенно для прекрасных дам! Для капитана Кристин и… — Ханамия выразительно посмотрел на Алекс. Он чуть покачивался и явно был далек от трезвости. — И бесподобной… И расп… Распрекрасной… — Александра Гарсия! — представилась женщина. — Зовите меня просто Алекс! — она улыбнулась и Ханамия буквально растаял. — Я так счастлива видеть знаменитого корсара! Мне много рассказывали о ваших подвигах во Франции. А фамилию Гарсия я больше носить не желаю. Похоже на Гарпия. — Ваше слово — закон, прекрасная Алекс! Здесь, на моем острове, вы можете носить любую фамилию. Кроме, разве что, моей. — Вот как? А она могла бы мне понравиться! Алекс и губернатор вместе рассмеялись, будто были давно и хорошо знакомы. Хикари пихнула Момои в бок. — Спорим, Алекс думает, что уже окрутила Ханамию? Хотя нет. Лучше давай поспорим на реал, что она ошибается! Его так просто не взять. — Я не желаю ни о чем спорить! Хикари и Алекс уселись по обе стороны от губернатора. Момои оглядела стол. Такого изобилия южных фруктов она не видела никогда в жизни и о большинстве из них не имела ни малейшего понятия. В Японии все это великолепие стоило бы, наверное, целое состояние. Да только как эти фрукты могли туда попасть? Они испортились бы еще на половине пути. — Вот это называется банан! — Тецу показал мне и Кисэ, как их чистить. — Как-то раз я месяц только ими и питался. Думал, никогда даже смотреть на них не захочу! Но прошли годы, я вернулся… Слюнки текут! А эти красные ягоды — томаты. Необычная и действительно очень вкусная еда на время отвлекла Сацуки от размышлений. Алекс и Ханамия болтали, он часто подливал ей вина и Алекс с удовольствием пила. Остальным вина не досталось, но ни Хикари, ни Акаши по этому поводу не горевали: рома было достаточно. Наши капитаны, впрочем, отхлебывали понемногу, предпочитая больше смотреть по сторонам. Насколько Момои поняла, окружавшие их грубые, шумные, пьяные люди были чем-то вроде высшего общества Тортуги. Вскоре Акаши с Лао заметили кого-то из своих старых знакомых, и они с Хикари отошли. — Вот это все, выходит, он даже не награбил, а просто получил от пиратов! — Кисэ взглядом показал Момои на стены. — Смотри, там же везде золото! Индейское золото — видишь, какие рожи? Действительно, вдоль всех стен зала висели золотые украшения, некогда отобранные испанцами у индейцев. Много попадалось колдовских масок, выглядели они отвратительно. Сацуки снова посмотрела на стол и только теперь сообразила, что вся посуда, все приборы и кубки — серебряные. Ханамия был богат, как король! Но все, что он мог — пировать с морскими разбойниками в крепости, куда и попасть-то можно только по веревочной лестнице. Великолепие, замешанное на вечном страхе. — Думаю, у него много врагов! — сказала Момои. — Не завидую губернатору Ханамии. — Да брось! — Кисэ впился зубами в мякоть очередного фрукта и сок потек ему на рубашку. — Я бы с ним с удовольствием поменялся. Тогда бы Хикари на меня иначе смотрела. — Выкинь ее из головы, Кисэ, прошу тебя как друг! Она пират и закончит жизнь или на каторге, или на виселице. Ты же не хочешь всю жизнь бояться и убегать? — А как я жил раньше? — он подтянул поближе блюдо с крупными кусками жареной курицы. — Так и жил: боялся и убегал. Они хоть крадут золото, а я воровал еду! Если бы меня поймали, то просто забили бы до смерти — так толпа всегда поступает с карманниками. В море намного лучше. Но посуди сам: у нас досыта едят только офицеры, да, может, боцманы. А у пиратов все поровну, все едят одно и то же. А риска-то ненамного больше, чем у обычного моряка — тот тоже может погибнуть в любой момент. — Ты что, в самом деле готов стать пиратом? — Ну, нет… — Кисэ взъерошил волосы, пододвинулся поближе и заговорил тише. — Я вот что придумал и тебе хочу предложить. Надо отыскать японских каперов и попроситься к ним в команду. Лучше бы, конечно, чтобы Хикари купила каперскую грамоту и стала чиста перед Японией… Но она и слышать не хочет, упрямая. Сама посуди: каперы — те же пираты, но от япониских кораблей им удирать ни к чему, и все порты для них открыты! Знай себе — грабь врагов своей родины и богатей. — Мне это не нравится, — сказала Момои. Это было правдой: она не считал каперское занятие достойным. Их разговор прервал громкий голос губернатора. — Вот это? — он снял со стены золотой ключ с лицом какого-то жуткого индейского божества. — Ты про эту штуку, да? Ха, да я и не помню, откуда она у меня! В ней и золота-то немного, тонкий слой на маске. А внутри, видишь… — он перевернул ключ и показал Алекс обратную сторону, которая была вырезана. — Видишь, какие-то мелкие штучки, тут и медь, и свинец, и железо, вроде бы… Стекло даже имеется. Не знаю, что это такое. — Он мне чем-то нравится, губернатор! — Алекс у всех на глазах преспокойно приобняла его за плечо. — Если этот ключ не такой уж драгоценный, может быть, сделаете даме подарок? Дама была бы счастлива! — Подарок? — Ханамия расхохотался и повесил ключ на место. — Подарок — от меня?! Нет, моя милая, подарки я только получаю! Впрочем, могу подарить поцелуй! Только тебе! Алекс попятилась, отталкивая от себя вконец опьяневшего губернатора. Тецу быстро подошел и как мог мягко отстранил его. Ханамия удивленно посмотрел на парнишку, дыхнул перегаром и вдруг заявил, что устал и уходит почивать. Телохранители увели его, а Куроко с Алекс вернулись за стол. Она выглядела чрезвычайно раздосадованной и часто искоса поглядывала на ключ. — Мне он кажется уродливым! — сказала Сацуки. — И вообще, нам лучше уйти! Смотрите, еще какие-то люди приходят, и они уже пьяны! Нам здесь не место. — Ханамия сказал, что я могу прийти к нему в любое время дня и ночи! — зло сказала Алекс. — Старая пьяная скотина! — Это ты что сказала? Все обернулись и увидели трех обитательниц Тортуги — пьяных, растрепанных дам, видимо, часто гостивших у губернатора. Настроены они были крайне агрессивно. Можно было предположить, что Алекс показалась им опасной соперницей в борьбе за его сердце. — Что ты сказала про господина Ханамию, дрянь? — громче повторила самая пьяная. — Да ты кто такая?! Тецу встал между ними и Алекс. Она попыталась оттолкнуть его в сторону, но тщетно. — Сядь, Александра! Надоел мне ваш цирк! — глаза у Тецу были небесно-голубыми, но в них читалось раздражение. Рука у Тецу оказалась очень тяжелой. Трем подружкам губернатора пришлось несладко, а когда одна из них выхватила из прически длинную булавку и попыталась выколоть Куроко глаз, то через секунду визжала от боли в сломанной кисти. Все, кто находился в зале, конечно же, сбежались смотреть. Мужчины были в шоке, ведь эти трое девиц были сильнее телохранителей самого губернатора, а этот хилый парнишка раскидал их, как котят. — Ну вот и все! — объявил он, когда женщины оставили попытки подняться. — Даже на сердце легче стало. Губернатор сказал, что Алекс может вернуться когда захочет. Это так? — спросил он у охранника, смотревшего на него с явной опаской. — Да, — подтвердил он. — Мы получили распоряжение всегда вас всех пропускать. — Тогда мы уходим. Все подростки, как по команде, вскочили на ноги и принялись прощаться с охранниками. Момои хотела повторить их действия, но она все еще пребывала в шоковом состоянии и поэтому не смогла. Тогда Тецу подошел к ней, улыбнулся и помог встать. Затем он взял девушку на руки и направился к выходу. Остальные поспешили за ним. |
Воскресенье, 07.12.2014, 22:48#17
Глава 8
Отец и дети Покинув твердыню Ханамии по все той же веревочной лестнице, Сацуки почувствовала себя легче. Компания получила обратно свое оружие и уже знакомой тропой спустилась к причалу и поселку. Капитаны, конечно, заглянули на бриг — узнать, все ли в порядке. Двое вахтенных матросов откровенно скучали — на их движимое имущество никто не покушался, так что они коротали время за игрой в кости и уже хлебнули изрядно джину. Остальные отправились шататься по кабакам вместе с Такао, и Момои не сомневалась, что он проведет эту экскурсию по всем пиратским правилам. — Да и нам с братом пора показаться на глаза Береговому Братству! — Хикари сладко потянулась. — Вот она — свобода! А какое здесь солнце, а какое море! Момои, признайся, что ты уже не скучаешь по своей унылой Японии! — В Японии льется меньше крови, — заметила Сацуки. — Что-то не верится! А если и так, то временно. — послышался очень знакомый женский голос. — Тебя там во всю разыскивают, а ты с пиратами прохлаждаешься. Момои нехотя обернулась и увидела хозяйку голоса. Девушка остолбенела. — Ну, что ты смотришь, будто призрака увидела? Да, я жива и невредима. Кстати, я совсем не злюсь, что ты меня ударила. Я чуть не сгорела заживо! Бегать осторожней надо и не ронять по пути вещи! В общем, сюда я приплыла день назад и завтра на рассвете собиралась отчаливать отсюда, да вот передумала, когда увидела своих давних знакомых: Лао, Хикари и Акаши. Кстати, спасибо тебе, что брата моего грохнула. Из-за него я не могла вновь заняться пиратством, он меня не пускал. — Араки Масако, — пролепетала Момои. — Живая! Хикари, у меня галлюцинации. Со мной уже призраки разговаривают. — Чей именно призрак с тобой разговаривает? — спросил Кисэ, напугавший своим появлением Араки. — Призрак кузины моего несостоявшегося мужа, — выдавила из себя Сацуки. — Я его убила на дуэли, а она увидела, сказала, что отдаст меня под суд. Ну, я и ее убила, а потом сбежала и оказалась на вашем бриге. — Хочешь, я тебя ущипну? — поинтересовалась Араки. Ей стало жаль шокированную Момои. — Я не призрак. Акаши, Хикари! Ну, скажите ей! — Момои, Масако жива. Ей удалось выжить. От твоего удара она просто упала в обморок, а не умерла. — Так, ладно, мне нужно собраться и прийти в себя. Сейчас я посижу, обдумаю ситуацию, прокручу ее у себя в голове и успокоюсь. Обдумать ситуацию не получилось: Алекс, сразу ушедшая в свою каюту, вернулась в мужском костюме. Никто и не догадывался, что он у нее имеется! Выглядела она все равно прекрасно, и Хикари, похоже, это не слишком понравилось. Она начала ворчать еще по дороге от форта, вполголоса рассуждая о «леди, которые хотят, чтобы к ним относились как к леди, а сами ведут себя как торговки с рынка». Напрямую это никому не адресовалось, но конечно, наш капитан отношение Алекс к Ханамии. Момои это событие тоже совершенно не понравилось. Из ниоткуда вылез Тецу. Он уже был одет в пиратскую одежду. — И куда, позвольте спросить, вы собрались, мои дорогие? — спросила Хикари у них. — Тецу хочешь теперь врезать по морде какому-нибудь мужику покрепче? Предупрежу сразу: получишь сдачи. Они тут не слишком галантные, да и вообще поумнее обычных. — Капитан Хикари! — Алекс улыбнулась и вокруг будто птички запели и солнце засияло ярче. — Переоделась я потому, что не хочу больше карабкаться по лестницам в платье — это неудобно. Кроме того, достойные женщины тут, кажется, платьев не носят. Тецу же просто промолчал и дал не сильного леща Сейджуро. На это его действие девушка лишь засмеялась. — Идемте в «Матросы», — предложил Лао. — Помнишь эту таверну, Хикари? Вы с Акаши бывали там маленькими. В тот раз, кстати, ее и сожгли, но хозяйка отстроила заново. — Помню! Идем, конечно — это было вполне капитанское местечко. Момои бы предпочла остаться на «Бриэкете» и как следует выспаться и отдохнуть от всего, но все, и даже Кисэ, захотел идти. Спустя час они уже сидели в довольно грязном и очень шумном заведении. Сацуки устала и, проглотив немного отвратительного на вкус рома, почувствовала сонливость. Немного отодвинувшись от стола, девушка принялась наблюдать за публикой. Все же судьбе было угодно, чтобы она оказался не где-нибудь, а в столице пиратов и, если удастся выбраться из этого приключения, когда-нибудь будет рассказывать об этом внукам. Если не вдаваться в детали, происходящее в таверне напоминало обстановку в крепости губернатора. Вот только гости в «Соколином гнезде» вели себя куда тише, а в углу не бренчал на расстроенных инструментах квартет музыкантов, как видно, пьяных в хлам. Эти звуки могли бы запросто свести с ума человека с тонким слухом, но здесь таких, судя по всему, не водилось. Явно не все эти люди были пиратами — Момои заметила, между прочим, компанию загорелых мужчин, усевшихся прямо за стол с длинными охотничьими ружьями — но вели себя безобразно все без исключения. Кажется, каждый вновь вошедший стремился во что бы то ни стоило напиться допьяну как можно скорее, а потом пуститься в пляс. Капитанов, которых рассчитывали застать здесь Сейджуро, чтобы похвастаться своим новым статусом, в таверне не оказалось. Момои искренне надеялась, что хоть они вели бы себя приличнее. Все, что мужчины, что женщины, старались разукрасить себя всеми возможными способами. Момои видела татуировки, бусы, серьги, вставленные не только в уши, но даже в нос и губы. Одежду они тоже предпочитали яркую, дикарскую, хотя щеголи все же носили камзолы. Эта часть одежды обычно выглядела изрядно поношенной, но тоже разукрашенной всевозможными бусинами и пряжками. — Да не так уж и плохо они живут! — сказал ей Кисэ. — Смотри — люди просто веселятся, никаких драк, никаких склок! — Трудно драться, когда у каждого за поясом пистолет и пускает он его в ход не задумываясь о последствиях! — засмеялся Акаши. — Оттого Ханамия и разоружает гостей! — А мне кажется, он просто боится за свою жизнь, — мрачно сказала Сацуки. — И скорее всего, умрет он не своей смертью. — Пусть так! — Акаши пододвинул к Лао стакан, и старик послушно его наполнил. Момои заметила, что после возлияний у губернатора брат с сестрой уже слегка пьяны. — Пусть так! Зато сейчас он — повелитель целого острова! Его все уважают и боятся! А умрем мы все рано или поздно. Кстати, кого это я там вижу? — Это? — Лао обернулся и расхохотался. — Да это же Цугава! Жив еще, старый мерзавец! — Пригласи его! — попросил Акаши у Тецу. — Скажи, что дельце у меня к этому барыге имеется! Куроко послушно отправился к указанному человеку. Цугава, кем бы он ни родился на свет, имел смуглую кожу, а в таверну явился с двумя развеселыми девицами. Выслушав Тецу, он округлил свои глаза и долго смотрел на Хикари с Акаши. — Я его хорошо помню! — захохотал Акаши. — Отец года два клялся, что убьет его, как только встретит — Цугава обманул самого Сейджуро! Но, видимо, они еще не встретились. Цугава присел за их стол и долго, очень долго осыпал брата с сестрой восточными, сладкими до приторности комплиментами. Сейджуро только смеялась, а потом они выпили залпом по почти полному стакану рома и Акаши продал ему Александру. Момои не знала, продешевил ли он, но сам факт, что дама была продана вот так запросто, девушку покоробил. Пусть у нее и скверный характер, а все же Алекс заслуживала лучшей участи. Сацуки стало совсем неприятно и она ушла бы на бриг, если бы Тецу не взял ее за руку. — Погоди, Момо, — попросил он, и Сацуки удивилась тому, насколько у него трезвый голос. — Посиди еще. Возможно, я попрошу тебя кое о чем. Момои не поняла смысла сказанного, но покраснела. Араки, заметив это, расхохоталась и заставила девушку выпить с ней. Когда Сацуки поставила стакан на стол, то Цугава уже вовсю уговаривал Акаши продать ему «Бриэкет», но тут уж капитаны твердо отказались. — Мы — капитаны! — кричали они, уже порядком захмелев. — А капитаны без корабля — это смешно! Мы капитаны и нам нужен этот бриг, пока мы не присмотрим что-нибудь получше! — Ну да, да… — Цугава поцокал губами. — Вы же выросли на корабле, как вам без корабля? Вас же коза вскормила. — Язык прикуси! — вдруг прикрикнул на него Акаши, оторвавшись от пересчитывания полученных за Алекс монет. — А что такое? — поднял брови Цугава. — Все знают, что ваша мама умерла, и капитан Сейджуро кормил вас молоком козы. — Я тебя по-хорошему прошу! — еще сильнее взъярился Акаши. — Или хочешь сказать мне что-нибудь? Давай, если жизнь не дорога! — Эй, да мы все козье молоко пьем! — испугался делец. — Корову на корабль не посадишь! Что такого я сказал? — Что мы с сестрой выродки козы, вот что ты сказал! Все, мол пьют, а мы им вскормлены — тут, знаешь ли, есть разница, Цугава! Вот что — проваливай, пока цел. Акаши смотрела на него так зло, что Цугава не решился ничего сказать и поднялся из-за стола. Уже отойдя на шаг, он вдруг обернулся. — Знаешь, ты весь в отца, весь! Только, конечно, бороды такой нет и вообще волос более красный! Но… — лицо Цугавы вдруг посерело, что, видимо, должно было означать бледность. — А вот он и пришел, мой большой друг, ваш отец. После этих слов Цугава исчез, словно фокусник. Хмельной Акаши, уже вытащивший пистолет, обернулся и ойкнул. Прямо перед ним оказался огромного роста широкоплечий краснобородый мужчина. Момои поразили его толстые пальцы, заросшие бледно-красным волосом почти также густо, как и щеки. Казалось, он весь — одна сплошная борода, из-под которой смотрят на мир два маленьких, злобно вращающихся глаза. — Вы… Это… Это — вы?! — пробасил наконец, огромный пират. — Хикари и Акаши?! — Привет, папа… — пролепетала Хикари, но тут же опомнилась и вернула себе капитанскую осанку. — Капитан Сейджуро? Какими судьбами? — Какими судьбами? — растерянно переспросил бородач. — А знаешь… Да я вас придушу сейчас! — загремел он на всю таверну и музыка смолкла. — Вы против кого прете, малявки?! — Не смей на нас кричать! — у Акаши даже губы побелели от злости. — Мы рождены пиратами и останемся ими! У нас свой корабль, мы тоже капитаны, как и ты! — Что? — переспросил Сейджуро . — Кто капитаны? Вы — капитаны?! Да я вас вот на эту ладонь положу, а вот этой прихлопну! Продемонстрированные пиратом ладони не позволяли сомневаться в реальности его замысла. Туда, казалось, поместился бы и бык средних размеров. — Капитан Сейджуро, сэр! — Лао, чуть покачиваясь, встал и миролюбиво улыбнулся. — Давайте сперва выпьем за встречу! Все же, вы не виделись года два. — Да чуть больше года я не виделся с этими бесенятами! — закричал Сейджуро. — Я потратил кучу денег, чтобы отправить их в Японию и купить им нормальную жизнь! Я хочу чтобы они жили нормальной жизнью, а не пиратской! Вот чего я хочу, и так и будет! И никто не посмеет мне… Кровавый Лао, старый бродяга, а ты как сюда попал? — Я решил вернуться, — пояснил старик. — Не вышло мне жизни на родине. А Хикари с Акаши совершенно случайно попали на наш корабль… А потом взбунтовали его и захватили. — А ты как мог это допустить, старый идиот?! — Сейджуро сгреб Лао в охапку и поднял воздух. — Как ты посмел?! — Что мне было делать? — Лао даже не пытался сопротивляться. — Они подняли бунт, не мог же я сдать их капитану? Кроме того, нашего капитана убили… Второй раз уже… — Проспись! — посоветовал ему пират и отпустил. — Молодцы, ребята, ничего не скажешь! Значит, пока я думаю, что вы присматриваете себе вторую половинку, вы поднимаете бунты на кораблях? А где, между прочим, золото, которое я отправил с вами? — Ну, ты же приказал передать его дяде? Мы и передали, с ним разбирайся, — Акаши взял стакан Тецу, наполовину полный, и одним махом его выпил под негодующим взглядом отца. — Какое нам дело до твоих денег? Мы уже выросли и на твоей шее висеть не собираемся. У нас свой корабль, своя команда. Сейджуро обвел команду тяжелым взглядом. За его спиной стояли несколько зловещего вида мужчин, которые, судя по всему, никак не могли на что-нибудь решиться: то ли перебить нас всех, то ли усесться за стол. — Значит, не желаете меня слушать? — наконец спросил пират. — Вы, мои дети, не желаете меня слушать? Да еще и ром на моих глазах хлещете, как матросы. Я ведь вам шею сверну. — Попробуй! — к всеобщему немалому ужасу, Акаши направил на отца пистолет, который все еще держал в руке, и взвел курок, Хикари повторила его действия. — Мы тоже Сейджуро! — Глядите, они сейчас пальнут в меня! — капитан обернулся, призывая всех наблюдать это удивительное событие. — Дети пальнут в родного отца! А знаете, отчего они такие? Оттого, что их вскормила коза! — Заткнись! — завизжала Хикари и вдруг вскочила на стол, став одного роста с отцом, Акаши, не теряя ни секунды, тоже вскочил на стол. — Заткнись и убирайся! Дула пистолетов уперлись прямо в грудь капитана Сейджуро. Пират вдруг расхохотался. Момои впервые видела человека, смеющегося в тот момент, когда дети приставили к его груди пистолеты, готовые выстрелить. Однако Сейджуро хохотал, причем хохотал так заразительно, что улыбнулся даже Куроко. Засмеялись пришедшие со своим капитаном пираты, несколько подобострастно хихикнул Лао, а спустя минуту хохотала уже вся таверна. Кисэ, не в силах стоять, ткнулся Аомине в плечо и Дайки тоже разразился хохотом с ним за компанию. Наверное, слишком много они пережили за последнее время, и давно не смеялись от души. Краем глаза Сацуки заметила, что не смеется только Алекс — она с искренним изумлением разглядывала капитана. — Ну хватит! — крикнула Хикари и снова ткнула в отца пистолетом. — Посмеялись, и хватит. Папочка, ты признаешь, что мы с братом капитаны? — Конечно, — кивнул Сейджуро, утирая слезы. — Мои ребятки — капитаны! Только и мечтал об этом, ха-ха! Хорошо, уберите эти штуки и обнимемся. Брат с сестрой, улыбаясь, отвели пистолеты от его груди. Отец шутя шлепнул им по рукам и взведенные курки сорвались. Раздались выстрелы, смех в таверне смолк и кто-то застонал. — Дайте бедняге денег! — приказал пират и обнял детей. — Как вы выросли! — Мы скучали! — пискнула Хикари из глубины отцовских объятий. Тут уж всем стало не до смеха. Наоборот, у многих навернулись на глаза слезы. Все, смущенные, расселись по местам и принялись копаться в тарелках. Родственные объятия продолжались долго, никак не меньше четверти часа. Команда уже успела порядком заскучать, когда пират наконец выпустил детей и утер глаза. — Так говорите, у вас есть свой корабль? — Бриг… — сказала растроганная Хикари. — Не то чтобы прекрасный, но сойдет на первое время. — Бриг! — растроганно повторил Сейджуро. — У моих детей собственный бриг! Ну вот, продадим его — и будут деньги на обратную дорогу и жизнь в Японии. Дяде скажете, что если он вас еще раз упустит, я сам его навещу. И хоть он мне и брат, встреча будет несладкой. Пошли! Хикари с Акаши еще не успели сообразить, что происходит, а отец схватил их и легко взвалил на плечи, словно кули. Толпа расступилась и Сейджуро пошел к выходу. Кисэ вскочил, положив руки на рукояти пистолетов, но люди пирата уже целились в него. — Может быть, вы позволите нам пройти вслед за нашим капитаном? — спокойно спросил Тецу. — Мы члены команды, а Сейджуро, вроде бы, хочет продать наш корабль. Мы имеем право на долю. Эти слова показались пиратам разумными, они переглянулись. Как Момои узнала позже, Береговое Братство удивительно щепетильно в отношении денежных расчетов между собой. — Да, идемте с нами! — решил, наконец, плотный лысый моряк с покрытым разноцветными татуировками черепом. — Такие вопросы надо решать сразу, чтобы не было сплетен. Мы своих не грабим. Все вместе они с трудом нагнали капитана Сейджуро, который тащил своих детей к причалу. Корабль пирата пришел уже вечером и пришвартовался бок о бок с «Бриэкетом». Но как он был красив! Ни один корабль из виденных Сацуки прежде не шел ни в какое сравнение с этим трехмачтовым красавцем, по размеру раза в два больше их брига. На крутых бортах красовалось имя корабля — «Каравелла». Матросы, дежурившие у трапа, пропустили их с провожатыми на борт. Здесь оказалось просторно и очень чисто. В отличие от «Бриэкета», имелась даже большая кают-компания, где лысый моряк по прозвищу Кикоро и разместил команду. Возможно, это было даже не прозвище, а настоящая его фамилия, но в среде пиратов никакого значения это не имело. Момои присела рядом с Тецу на удобный диван, обитый коричневой кожей, и почувствовала, что начинаю терять всякий интерес к происходящему. Алекс любезничала со всеми, много смеялась, расспрашивала пиратов об их подвигах… А Сацуки было все равно. Усталость и выпитый ром сделали свое дело — как девушка ни старался бороться со сном, он оказался сильнее. Момои еще слышала разговоры и даже встрепенулась, когда разгневанный чем-то Сейджуро требовал срочно кого-то разбудить и привести на корабль… Сацуки даже немного удивилась, когда осознала, что «Бриэкет» продан. Но проснуться уже не могла. Во сне она оказалась далеко-далеко. Но не в поместье, которое часто снилось ей прежде, а на каком-то острове. Она не видела его очертаний, но отчего-то знала, что это именно остров, и что находится он далеко на севере. Вокруг нее росли дубы, красивые и молчаливые исполины. А потом появился человек — тот самый, что уже снился ей, в черном балахоне. Момои не удивилась ему, и они заговорили. — Прежде всего, Сацуки: постарайся запомнить этот сон! — сказал он. — Очень постарайся! Мне крайне трудно говорить с тобой. Но ты единственная, кто обладает достаточной чувствительностью… Ты должна запомнить все. — Зачем? — Момои сидела на подстилке из дубовых листьев и перебирала их пальцами. — Тут, наверное, не растут «китайские яблоки»? — Забудь об апельсинах! Помни о том, что я тебе скажу. Ты должна услышать меня наяву. Но для этого тебе требуется русалка. Ты уже видела ее и знаешь, где она лежит. Пусть она будет у тебя. — Я не могу! — качала Момои во сне головой. — Это русалка Тецу. А я его люблю. — Русалка не принадлежит ему! И поэтому мало что может ему дать. Сацуки, ты многое еще узнаешь о Тецу, и не только о нем. Но если тебе дорога судьба своей родины, послушайся меня! Запомни, ты должна быть с русалкой, когда я приду в следующий раз! — При чем тут Токио? — удивилась Момои. — Токио далеко. И я, скорее всего, никогда больше его не увижу. Как может русалка помочь Токио? — Не одному Токио, а всей Японии! — настаивал Черный. — Я расскажу тебе многое, но сейчас запомни одно: ты должна добраться до русалки! Возьми ее и не выпускай из рук, пока мы не поговорим! — Я не хочу, чтобы у меня глаза стали оттенка ночного неба! — Это лишь внешнее свойство. Предмет даст куда больше, чем ты можешь себе представить… Поверь мне, Сацуки! — Нет, не может быть… Я не хочу… Это чужое… — Поверь мне, Момои! — Кисэ тряс девушку за плечо. — Он продал «Бриэкет»! Прямо ночью, за наличный расчет! Мы уже получили доли, вот твоя. Момои, это много денег! Сацуки, растерянно моргая, взвесила на руке кошелек. Да, похоже, она неплохо заработала. Вот только бриг никогда не принадлежал им, они всего лишь помогли его украсть. Момои поморщилась. — Рета, а что, если нам на эти деньги вернуться домой? — Что за глупости! Ты еще не проснулась, что ли? — Кисэ уселся на диван и Момои поняла, что в кают-компании они практически одни, если не считать Тецу, на коленях у которого девушка спала. — Мы богаты! На эти деньги тут можно прожить месяц! Отец запер Хикари с Акаши и собирается отправить назад в Японию… Мне и грустно, и радостно. Ни к чему Хикари пиратствовать, правда? Пусть живет спокойно. А я… Я, может быть, однажды отыщу ее — когда обзаведусь собственным кораблем! И подарю ей. Момои окончательно очнулась и поняла, что Кисэ сильно пьян. Он устроился на диване поудобнее и, кажется, собрался задремать. Сквозь открытые двери с палубы долетал хохот и песни — пираты, видимо, решили гулять всю ночь. Тецу проснулся и повел девушку куда-то. — А я хотел тебя будить! — прошептал Тецу, ведя ее вдоль борта. — Тихо! Момо, ты любишь меня? — Конечно, — прошептала Сацуки. — Конечно, да, Тецу. — И я тебя тоже люблю! Слушай! Сейджуро запер Хикари с Акаши в трюме, мы должны освободить их. Момои остановилась от удивления, но Куроко потащил ее дальше. На их пути оказался люк, в который они и спустились. Тецу зажег принесенную свечу, и они быстро прошли между каких-то ящиков к клети, в которой и оказались заперты капитаны. — Ребята! Смотрите, я привел Момо! Она сможет посмотреть за палевом, пока я тихо сбиваю замок! — Тихо сбиваешь замок?.. — Сацуки ничего не понимала. — Но зачем, Тецу? Сейджуро вздернет нас на рее! — Он не узнает, кто нас выпустил, клянусь! — Хикари ухватилась за прутья решетки и затрясла их, одновременно плача и злясь. — Момои, помоги нам, и я этого никогда не забуду! Куроко кое-что задумал, и я уверена, это стоящая затея! — Что происходит? — Посмотри за тем, чтобы никто не шел! — Куроко обмотал замок какой-то тряпкой и взял увесистый топор. — Я просто не смогу одновременно смотреть за палевом и сбивать замок? Или ты не хочешь помочь нам? Я прошу тебя, Момо! Его глаза… Спустя пару минут разбитый замок упал на пол. Хикари выскочила из клети и поцеловала Момои в щеку. — Спасибо, Сацуки! Ты не пожалеешь об этом! Теперь ты будешь моей помощницей, а Куроко - помощником Акаши. Пока нас не будет на корабле, который вскоре у нас появится, вы с ним будут за главных! — Он за это заплатит, бородатый медведь! — пообещал Акаши, вышедший вслед за сестрой. — Будь я проклят всем Береговым Братством, если ему не придется об этом пожалеть! — Теперь ваша очередь исполнить обещание, данное Алекс! Иначе, она нас сдаст, — требовательно напомнил Тецу. — Идем? — Конечно! — Хикари утерла слезы и снова стала самоуверенной, нахальной девчонкой. — Мы знаем этот корабль как свои пять пальцев, так что идите за нами и не шумите. Все еще мало что понимая, Момои шла в темноте за заговорщиками. Они добрались до якорной цепи и прямо по ней спустились в воду, а потом выбрались на берег в стороне от «Каравеллы». Также на берегу стояло ещё пятеро подростков — Аомине, Фуукацуми, Ацуши, Рико, Шинтаро — и Алекс с Араки. От купания Сацуки совершенно протрезвела и потребовала наконец объяснений. — Тецу придумал отличную штуку! — сказала Хикари, отжимая волосы. — Мы ограбим Ханамию. На такое еще никто не решался! Но папочка приказал сниматься с якоря на рассвете, они не успеют хватиться. А уж потом капитану Сейджуро придется смириться с тем, что на Тортуге он больше не желанный гость! Пусть в другой раз думает, прежде чем запирать меня с братом на замок! |
Воскресенье, 07.12.2014, 22:59#18
†Цукиёми†, Я рада, что тебе нравится)
Сижу я в общем не со своего ноутбука) Но мне разрешили выложить несколько глав фанфика, только я его печатать заколебалась) |
Воскресенье, 07.12.2014, 23:18#19
†Цукиёми†, Эх, поскорее бы ноут из ремонта забрать и не сидеть через ноуты других
|
Суббота, 20.12.2014, 22:49#20
Глава 9 Бегство Сон, пусть и короткий, в сочетании с этим неожиданным купанием Момои порядком освежил. Вылив воду из сапог, которые Сацуки не догадалась снять, девушка легла на деревянный настил причала и уставилась на звезды. Над Тортугой висела ослепительно прекрасная ночь, и пьяные возгласы, долетавшие до компании с палубы «Каравеллы» ее совершенно не портили. Становиться разбойником Момои не собиралась, но в это море и эти чудесные острова успела влюбиться. Остальных такое поведение девушки порядком смутило. Сацуки знала это, но лишь улыбалась звездам. — Ты чего разлеглась-то, эй? — Хикари не выдержала первой. — Ты слышала, что я сказала? — Слышала. Только с чего ты решила, что я пойду грабить Ханамию? Мне это вообще не нужно. У меня даже деньги есть, доля от продажи «Бриэкета». А вот капитана — нет. Кончилось ваше с Акаши капитанство. Вот последнее Сацуки сказала зря — Хикари пнула девушку , и вовсе не слегка. А потом еще и еще, пока Момои не вскочила. — Подожди! — попросил Хикари Тецу. — Момо, послушай, что происходит. Мы оказались без средств к существованию. На те деньги, что у тебя в кармане, ты далеко не уплывешь. Корабля у нас теперь тоже нет. Ханамия, на помощь которого рассчитывала Алекс, оказался скотиной… — А мне показалось, что они подружились! — напомнила Сацуки, потирая бок. — Я пыталась ему понравиться! Но он не благородный человек. Теперь я в опасности — на острове губернатор полновластный хозяин и может сделать со мной, что пожелает. Нужно бежать! Мы можем уплыть на корабле капитана Сейджуро, но ему нужно хорошо заплатить, чтобы нас высадили не где попало, а в безопасном месте! А деньги проще всего добыть у Ханамии, куда я могу войти в любое время. Он не заслужил свое богатство, в этом нет греха! Но мне не справиться одной, как ты понимаешь. Поэтому ты должна идти. Потому что другого выхода нет. Мы могли бы попросить Кисэ, но мальчик совершенно пьян! — Ловко ты это закрутила… — присвистнула Хикари. — Да, Момои, не трать время попусту — нам еще надо зайти на «Бриэкет» переодеться, если новые хозяева нам это вообще позволят. Спасибо папаше, там уже другой капитан. — Мои вещи! — подпрыгнула Алекс. — Момои. Момои! Тебе ведь нравились мои платья, Момои? Я могу подарить тебе несколько! Идем скорее! Палуба «Бриэкета», на которую Сацуки взошла последний раз, напоминала поле боя после кровавой сечи. Вот только павшие воины обычно не храпят, как это делали пьяные матросы. Насколько можно было понять, тут лежала вперемешку и старая, и новая команда. Спотыкаясь о тела и пустые бутылки, компания тихо прошла к корме и быстро забрала свои вещи. Тецу, собираясь, хотел сунуть в руки Сацуки русалку, но в последний момент передумал и надел цепочку на шею. — Иногда мне кажется, что он мне как-то помогает… — задумчиво пробормотал он, быстро проверяя, не забыл ли чего-нибудь. — Ведь все плавание погода стояла хорошая и ветер благоприятствовал! Глупости, и я бы был уверен, что это глупости, если бы не проклятые Акаши с Касугой со своими лешими… Момои попробовала расспросить его о леших, но Тецу приложила палец к ее губам и заспешил прочь с корабля. Хикари с Акаши, прежде чем спуститься по трапу, сняли шляпы и быстро пробормотали слова благодарности «Бриэкету». Сацуки тоже было жаль с ним расставаться. Так впервые девушка поняла, что корабль можно полюбить. Вещи они припрятали в скалах, неподалеку от тропинки, ведшей к цитадели Ханамии. Местность стала совершенно безлюдной — Тортуга спала крепким пьяным сном. За сохранность их небогатых пожитков можно было не беспокоиться — компания собиралась вернуться еще до рассвета. В том случае, конечно, если все пройдет хорошо. Сацуки с удивлением заметила, что совершенно не волнуется, даже наоборот, хочет приключений! А девушка и не знала, что в ее душе жила авантюрная нотка. — Проверьте, не намок ли порох и зарядите заранее пистолеты! — приказали Акаши с Хикари. — Ханамия постоянно ждет блокады острова, осады, поэтому запретил охоту под страхом смерти. Не хотелось бы повстречаться на тропинке с кабаном! Но если это случиться — стреляйте вверх. Убить его в темноте шансов мало, а раненый он еще хуже. Попробуем просто отпугнуть. Спустя час они добрались до крепости. Не доходя ста шагов, спутники-грабители устроили последний военный совет и наконец посвятили Момои в подробности плана. Все, действительно, выглядело очень простым. Компания намеревалась подняться в замок и, сняв со стен зала некоторые ценные предметы, выбросить их в узкую бойницу, примеченную Алекс заранее. — А почему вы думаете, что вас никто не заметит? И что насчет вашей безопасности, Алекс? — У Ханамии запой уже неделю! — сказала она и замолчала, будто Сацуки все должна была понять. Девушка молчала и Алекс со вздохом продолжила. — Ох, Момои, да он безопасен, как голубь! В некоторых смыслах… Я вообще надеюсь, что он валяется пластом в спальне. Но даже если нет — нужно подождать не более часа, он уже не может подолгу быть на ногах. Охрана совершенно распустилась и тоже пьет. Я вообще не понимаю, отчего до сих пор никто не запустил руку в его кладовые! Поверь мне, Момои, я знаю, о чем говорю. — И почему-то я ей верю, — хмыкнула Хикари. — Ох, интересно мне было бы поговорить с тобой по душам, Алекс… Много ты знаешь. — Как-нибудь в другой раз, капитан Хикари! — Алекс исполнила шутливый книксен. — Идемте, Момои и остальные, я покажу вам, куда упадут вещи. Там все заросло кустарником, шума не будет — главное, берегите головы. Только тут Сацуки поняла, что ее даже не собираются брать с собой наверх. Девушка попробовал возражать, но получил в ответ тысячу аргументированных возражений — у Тецу это хорошо удавалось. Луна вышла из-за облаков и Момои заметила, как изменились его глаза. Что-то подсказывало ей, что у него все получится. Сацуки прекратила спорить. Прислонившись к скале, Момои вслушивалась в звуки ночи. Живности тут было, конечно, намного больше, чем в Токио. Шорохи, едва слышные звуки чьих-то легких крадущихся лап, крики ночных птиц — и все это на фоне долетающего снизу шума моря. Да, ей нравилась эта жизнь. Сацуки еще многого не умела, не понимала, да и теперь вот, стояла вместе с Мидоримой, Акаши, Рико, Ацуши и Аомине, вовлеченная в чужую авантюру в роли простого носильщика. Но впереди был побег, щекочущий нервы своей непредсказуемостью — такой человек, как Сейджуро легко может прийти в неистовство и вышвырнуть ее за борт. Вот только теперь Сацуки этого не боялась. Она жила той жизнью, которая прекрасна еще и тем, что может оборваться в любую секунду. Именно оттого она была так сладка. Даже привязанность к Тецу, которая давно могла бы стать мучительной, девушку больше не смущала. Момои полюбила в первый раз и одновременно повзрослела — теперь она не просто упивалась этим чувством, но и рассматривала его, словно натуралист диковинную тропическую птицу. Погруженная в мысли, Сацуки даже не заметила, в какой момент сверху начало падать имущество губернатора. Получасом позже, когда она вместе с хихикающими от счастья пиратами и Мидоримой собирала выброшенные вещи, ей бросилось в глаза, что один предмет Тецу исхитрился обернуть скатертью, прежде чем просунуть в бойницу. Еще одна тайна! Момои нравился этот паренёк, нежный и дерзкий, слабый и сильный, добрый и опасный… Но ей хотелось его разгадать. Вспомнив о странном сне и просьбе черного то ли человека, то ли демона, Сацуки решила при случае попробовать добраться до русалки. Дорога назад далась девушке нелегко: дамы с Тецу не скромничали и взяли все, до чего успели дотянуться. Сацуки стало смешно — пошатываясь и обливаясь потом, она, да и остальные, вчерашний нищий юнга, тащила на спине целое состояние! Да еще украденное у такого человека, к которому многие пираты близко подойти боятся. Они вернулись на корабль Сейджуро под утро и обнаружили там примерно ту же картину, что и на «Бриэкете». Склонность пиратов к отчаянным кутежам, видимо, была связана с постоянным риском, сопутствующим профессии. Обидно, наверное, не успеть пропить награбленное. — Ну что за безобразие? — шептала возмущенная Хикари. — Нет, на своем корабле я буду держать команду в кулаке! А тут можно пушки вынести, никто не проснется! Тецу показал Момои, куда девать кули с сокровищами, и они с Акаши и Хикари ушли обсуждать дальнейшие планы. Остальные члены компании разбрелись кто куда. Момои заглянула в кают-компанию и обнаружила там не только сладко спящего Кисэ, но и группу тихо беседующих о чем-то пиратов. Был тут и боцман Кикоро, и Лао, и даже Такао, каким-то образом уже прописавшийся на «Каравелле». — Это ты шумела на палубе? — хмуро спросил девушку Кикоро. — Не шляйся по ночам, когда все порядочные люди уже пьяны и спят! Хорошо, Лао узнал твой голос, а то я вышел бы с парой пистолетов… — Еще я слышал Хикари! — вспомнил Лао, тряся стаканчик с игральными костями. — Разве отец их с Акаши выпустил? — Да, по ее словам, они помирились! — сказала Сацуки, как была научена на такой случай, и присела на диван к Кисэ. — Мы отплываем на рассвете? — Куда там! — Кикоро хрипло рассмеялся. — По случаю обретения блудных детей капитан выставил столько рому, что и к полудню не соберемся. В желудке у Момои появился неприятный холодок. Если они не успеют выйти из бухты, люди губернатора придут за ними. Девушка была уверен, что Ханамия прикажет вывернуть наизнанку весь остров, но найти пропажу. Оставалось надеяться только на верность расчета Хикари и талисман Тецу, в силу которого Момои начинала верить больше, чем он сам. Потом Сацуки задремала, а проснулачь от толчков дяди Лао. — Передаю слова боцмана Кикоро: "Вставайте, обезьяны! Думаете, пожили чуток с пиратами и стали капитанами? Или убирайтесь, или принимайтесь за работу!" Позевывая, Момои с Кисэ вышли на палубу. Здесь Кикоро, сверкая татуированным черепом, пытался заставить не проспавшихся матросов хотя бы поднять якорь. Их помощь была очень кстати и боцман с Лао закурили трубки. — Что-то мне не по себе! — признался Кикоро. — Я не видел, как Сейджуро выпускал детей. А теперь они отдают приказы от его имени. — Они сказали, что капитан поклялся пристрелить каждого, кто его побеспокоит, пока он похмеляется. Хочешь проверить? — Лао, тебя Кровавым за что прозвали? Два предыдущих боцмана на этом корабле любили проверять, в каком настроении капитан, а я вот не люблю, — Кикоро почесал затылок. — Но неспокойно мне. На палубу почти выбежала Хикари и первым делом посмотрела в сторону пушек цитадели, наведенных на выход из бухты. — Что вы копаетесь?! Ставьте кливера, а уж с остальными парусами в море разберемся. Отец недоволен! — Ну, он недоволен, а ты-то что на меня кричишь, госпожа Сейджуро? — ощерился боцман. — Или ты уже его помощник? Иди молочка козьего попей. Рука Хикари дернулась было к пистолету, но она вовремя опомнилась и лишь сплюнула на палубу перед ногами Кикоро. Боцман хрипло расхохотался. — Сацуки, Рета! Помогайте! — Хикари, а за ней и Акаши, первая взялась за канат. — Покажите этим вареным попугаям, как надо ставить паруса! К удивлению Кисэ, ничего не знавшего о их ночном приключении, Момои кинулась выполнять ее команды бегом. С помощью свежего утреннего ветерка «Каравелла» медленно развернулась и, набирая ход, пошла к проходу между скалами. Вот тогда Сацуки и увидела появившиеся над фортом Ханамии белые облачка. — Берегись! — Хикари с Акаши сбили Момои с Кисэ на палубу. — Боцман, по нам палят! Дальнейшие ее слова потонули в грохоте взрывов. После первого же залпа батареи сразу два ядра врезались в борт корабля, повредив орудийные порты. До этой минуты многие на «Каравелле» еще спали, в том числе и сам бородатый капитан. Спустя несколько мгновений он, полуголый, с саблей в руке выскочил из каюты. — Что за кит вас всех сожри с кишками происходит?! — По нам бьют из крепости! — доложил боцман. — Кэп, они… — Ставьте паруса! — завизжала Хикари и оттолкнула рулевого от штурвала. — Ставьте или никто из нас отсюда живым не уйдет! Кливера, все кливера поднять! Надо лавировать! Почесывая острием сабли волосатую спину, Сейджуро посмотрел на цитадель как раз в тот момент, когда она дала второй залп. Не оглядываясь, он попятился, на ощупь схватил штурвал и крутанул его с такой силой, что дочь едва не упала. На этот раз все ядра упали в воду вплотную к борту. От поднятой взрывами волны «Каравелла» закачалась, и Момои чуть не свалилась с реи. — Что он там, совсем уже допился? — капитан Сейджуро, видимо, паниковать просто не умел. — Акаши с Хикари, принесите мне рому! А потом расскажете, отчего вы не под замком. Третий залп батареи, несмотря на шкиперское искусство Сейджуро, разнес угол кормовой надстройки и повредил бизань-мачту, с которой пришлось срочно спустить все паруса. Два или три матроса, решив, что всему конец, прыгнули за борт и поплыли к берегу. Кикоро в гневе выпалил по ним из пистолетов. — Отставить тратить порох на крыс! — остановил его капитан. — Мне всегда везет, и вот — опять повезло! Навстречу им двигался только что вошедший в бухту парусник, почти такой же большой, как «Каравелла». Четвертый залп пришелся снова по корме, усилив разрушения и сбив рею с несчастной бизани, начался пожар. Пока команда его заливала, капитан взял резко вправо, исхитрившись полностью уйти от в пятый раз выпущенных из крепости ядер, а потом на полминуты спрятался за парусами идущего встречным курсом корабля. — Что ты натворил, старый греховодник?! — закричал с его палубы одноглазый пират в расшитом золотом камзоле. — Мне тоже по тебе стрелять? — А ты попробуй! — завопил в ответ Сейджуро. — Не знаю пока, что я натворил, но тот, кто попробует меня преследовать, назад не вернется, помни это! Цитадель не стала щадить оказавшийся на линии огня корабль. Часть ядер пробила его паруса, но нам вреда не причинила. Зато еще одно ударило прямо в середину грот-мачты и переломило ее, словно прутик. — Редкий выстрел! — заметил Кикоро. — Второй раз в жизни вижу. Посторонись, ребятки, нам гостинец! Обломок упал на палубу корабля и все кинулись рубить запутавшиеся снасти. Боцман приказал было столкнуть мачту в воду, но капитан остановил его. — Положите вдоль борта — пригодится чинить бизань, — он уже выпил рома и теперь выслушивал доклад Хикари с Акаши, которые, как послушные дети, принесли отцу и рубашку. — Что несут эти бесенята, будь я проклят?! На моем корабле — золото Ханамии?! Он снова закрутил штурвал и очередной залп не нанес им серьезных повреждений. Момои с надеждой посмотрела на выход из бухты. Он был совсем рядом. — Да не переживай, пушки крепости нас достанут и в море. Она с умом построена! — Кикоро просто любовался несшей им смерть цитаделью. — Говорят, Ханамия еще при осаде чего-то там отличился именно устройством батарей! Талант по части береговых укреплений, даром что моряк. — Что же нам делать? — Капитана слушать, что же еще?! — рассмеялся боцман. — Кто другой уже барахтался бы в воде, но это же Сейджуро! Еще раз выстрелила батарея, теперь одно ядро разорвалось на баке. С бедовых голов Хикари и Акаши, которые стояли рядом друг с другом, толстой щепой сбило шляпы. Капитан отошел от штурвала, поднял их, отряхнул и натянул детям на самые уши. — Ты сам виноват! — закричал Акаши. — Ты продал наш корабль и мы имеем право пустить на дно твой! — Вы?! — Момои видела, как в ярости сжимаются и разжимаются огромные волосатые кулаки Сейджуро. Еще одно ядро врезалось нам в борт. — Да заткнитесь вы, там! — капитан погрозил батарее. — С Ханамией разберемся потом, и он мне за это заплатит! Но сначала… Два линя сюда! Кикоро, присвистнув, понес капитану канаты. Подростки, отскочив на шаг, выхватили из-за пояса пистолеы и взвели курки. Момои с Тецу переглянулись. Девушка увидела, что ее парень тоже держит руку на пистолете и на всякий случай заслонила его от капитана. — Да не бойтесь, козьи выкормыши, я вас пороть не стану! — Сейджуро крутил в воздухе конецы канатов. — Как можно — вы же у меня послушные и будете, как я приказываю, жить в Японии в порядочной семье! Я просто хочу вас немного искупать! Произнося последнее слово, он, словно кнутами ударил канатами по рукам Хикари и Акаши, в которых они сжимали пистолеты. Грянули выстрелы, но пули улетели куда-то в поднебесье, в то время как пистолеты едва не вышибли старому Лао последние зубы. Еще секунда понадобилась капитану, чтобы обвязать линями своих детей, а в следующее мгновение они с криками полетели за борт. — Ловись акула, большая и маленькая! — мрачно сказал Сейджуро, шагая вдоль борта к корме. — Золото нашли, боцман? Нет еще?! Так найдите, я хочу знать, что и где лежит на моем корабле! Может, заодно найдете и свои мозги! Кто вами командовал, кто приказал сняться с якоря, а?! Тецу рванулся было на помощь своим друзьям, но Момои удержала его. Все же в чем-то капитан был прав… Девушке вдруг стало стыдно. По их вине могли погибнуть десятки людей! И это все еще могло произойти. Они наконец-то добрались до выхода из бухты, но скалы лишь на время заслоняли их от пушек Ханамии. — Капитан, сэр! — к Сейджуро стремительно шел Тецу, которого Момои только что держала за руку. Девушка удивилась, когда это он успел освободиться да ещё так незаметно. — Мне кажется, вы слишком жестоки к своим детям! В том, что произошло, есть доля и моей вины, поэтому… — Еще один линь! — заревел Сейджуро. — Будет славная рыбалка: на тебя в этих рейтузах клюнет сам морской дьявол, Куроша! Вот чего тебе спокойно не сиделось. Сейчас и тобой тогда порыбачим. Смутившийся Тецу попятился, а Момои, позабыв обо всем, напротив, вышла вперед. Капитан мрачно взглянул девушке в глаза и неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы над бортом не показались головы Хикари и Акаши с шляпами, зажатыми в зубах. Они зарычали, потом вспомнили о шляпах, выплюнули их и продолжили: — Клянусь, ты нам за это заплатишь, толстый мерзавец! — Что? — опешил Сейджуро. — Что вы сказали? Боцман! Пистолет! — Капитан! — рискнул подать голос Тецу. — Не совершайте… — Нет, ты слышал, Куроша?! — капитан повернулся к нему. — Ты слышал? Они назвали меня толстым! Боцман встал рядом с ним, протягивая пистолет. Однако получил его не сам Сейджуро, а его сын, который, тихо подкравшись к Кикоро сзади, ловко выхватил оружие. — Клянусь, в следующий раз я выстрелю! — Капитан! — Лао, вставший к штурвалу, даже помахал шляпой, привлекая внимание. — Капитан, мы вышли в море. Сейчас они снова примутся за нас — не отложишь на потом семейные проблемы? — Ты еще меня поучи! — Сейджуро вздохнул. — Некогда, некогда воспитывать родных детей… Да, сейчас нами займутся и дело наше плохо, потому что канониры как раз успели пропустить по стаканчику. Неожиданная мысль возникла у Момои в голове. Она взглянула на Тецу повнимательнее и в который раз поразилась прекрасному оттенку его глаз. Только сейчас она предпочоа бы увидеть их темносиними, как ночное небо. Что-то ей подсказывало, что русалка выручит, если только позволить фигурке помочь им. Сацуки быстро подошла к нему и наклонилась к самому уху. — Одень на шею свой талисман! Быстрее, или нам конец! Он недоуменно взглянул на возлюбленную, но тут же кивнул и, не споря, побежал в каюту. — Может быть, ответим огнем? — предложил Кикоро, с тоской глядя на открывающуюся пред нами ширь моря. — По цитадели? — Сейджуро засмеялся. — Это все равно, что стрелять по скале! У нас маловато пороха, чтобы ее разбить. Лево руля! Попробуем покрутить кормой, другого способа уцелеть я не вижу. Эй, несите мне рома, да всю бутылку! Может быть, если за штурвалом будет пьяный — закачается весь корабль, и им труднее будет целиться? Тецу вернулся на палубу и незаметно кивнул Момои. Он мог бы этого и не делать — девушке уже обо всем рассказали ее глаза, которые отливали теперь оттенком ночного неба! И случилось чудо: сколько ни стреляли из крепости, все ядра падали в воду. Меж тем ветер посвежел, и даже с поврежденной бизанью они очень быстро уходили от Тортуги. Залп за залпом не достигал своей цели, хотя команда, конечно, приписывала этот успех мастерству Сейджуро. Каждый поворот штурвала сопровождался восторженными криками. Наконец, крепость замолчала и капитан передал штурвал Лао. — Какой курс, капитан? — Идем хоть куда. Я сейчас в таком настроении, что готов высадить десант где угодно! — довольный собой Сейджуро подобрел и, неожиданно вытянув огромную лапу, обнял мокрых Акаши и Хикари. — Ну, больше не будете называть папочку толстым? — Прости, старый уродливый пьяница! — дети пошли на примирение и даже подмигнули своим помощникам в оглаблении губернатора. — Но разве не здорово — обчистить самого Ханамию! — Неплохо, — кивнул капитан. — По крайней мере с учетом того, что это сделали мои дети. Пойдем посмотрим на вашу добычу, а потом завтракать! Момои подошла к Тецу, ожидая от него каких-то слов. — Наверное, просто случайность! — улыбнулся он. — Капитан Сейджуро — опытный мореход! Момои смотрела прямо в его темные глаза и видела, что Куроко лжет. — Конечно, случайность! Просто я суеверна. —Вот как! — притворно удивился он. — А ты умнеешь, Момо, дорогая. Однако, пойдем посмотрим, что мы вчера украли — ночью не было времени разбираться. Сейджуро сперва не хотел их пускать, но его дети настояли на присутствии Тецу и Момои. Когда дверь в капитанскую каюту закрылась, он вывалил содержимое узла на большой стол, прямо на старую, покрытую пятнами то ли вина, то ли крови карту. — Индейское золотишко! — сразу оценил он. — Когда-то в этих краях его было столько, что галеоны тонули под его весом. Я вам рассказывал, бесенята, как мы нашли такой на мелководье? Его почти занесло илом, но в хорошую погоду наш марсовый разглядел очертания корабля. Он был полон золота в слитках! Они переплавили его, чтобы загрузить побольше, и утонули от жадности! Пришлось устроить специальный налет на ловцов жемчуга, кроме жемчуга взяли в тот раз и пловцов. Подняли все! И чуть не пошли ко дну сами — у меня тогда был корабль поменьше… Вот там было много золота, а это — ерунда, — Сейджуро уселся за стол и стал перебирать золотые предметы. — Когда будете рассказывать, ребятки, врите, что увезли добычу на караване мулов. Все так делают. — Где же вы храните ваши сокровища, капитан? — не удержалась Алекс, которая пришла вслед за Момои с Тецу. — Если только не привираете… Как все. — Я? Привираю? Крошка, да в том галеоне не было и десятой доли того, что я добыл в этих морях! — Сейджуро отхлебнул рома из бутылки и по-дружески протянул ее Гарсии. После волшебного ухода «Каравеллы» от пушек форта Тортуги, который капитан приписывал своему таланту, он заметно подобрел. — А где храню… Это знают двое: я и дьявол! Кто останется последним, тот и получит все! — А как же ваши дети? — Алекс сделала вид, что пьет, и передала ром Момои. — Они могла бы жить в роскоши! — Они должны сперва научиться жить прилично, а не обносить губернаторские дома! — пристукнул кулаком по столу капитан. — Дать им денег? Они купят корабль! А я хочу, чтобы про меня каждый мог сказать: да, капитан Сейджуро — кровожадный пират, убийца, грабитель, но зато вырастил славных, добрых сына и дочь. И не тяните руки к бутылке, Хикари, Акаши! Пить до завтрака — неприлично. — Нам не нужны твои сокровища, — спокойно ответил Акаши. — Пусть достаются дьяволу, а уж мы с сестрой заберем их у него. — Слышали?! — показно возмутился капитан, но тут же усадил детей на колени. — Все жду, когда они, наконец, повзрослеют. Что ж, теперь о деле. Простите мои бесенята, но тут как раз хватит на залатывание корабля и возмещение ущерба раненым. Кое-что вы уже стянули с этого стола прямо на моих глазах — буду считать, что это вам на ленты и конфеты. Справедливости ради, возьмите что-нибудь и вы. — Она уже взяла! — вдруг сказала Хикари, когда Алекс протянула руку. Момои тоже заметила, что единственного предмета, который был бережно обмотан материей, на столе нет. И готов был поклясться, что это тот самый клоюч, который Алекс просила у губернатора, когда еще надеялась с ним подружиться. — Покажи! — заинтересовался Сейджуро. — Пустяковая вещица… — Алекс пожала плечами — она явно надеялась не привлекать внимания к ключу. — Она среди моих вещей, я сейчас принесу. Когда Алекс вышла, капитан посмотрел на своих детей и кивнул в сторону Момои. — Сацуки можно верить! — сказала девушка. Момои была приятно удивлен. Ей казалось, что Хикари относится ко ней с высокомерием. — А вот Алекс эта мне не слишком нравится. Надеюсь, ты при родных детях не затеешь с ней шашни? — Нет, ну что ты… — Сейджуро смущенно огладил бороду. — Хотя весьма привлекательная особа. А что на руку не чиста… На этом корабле всего один честный человек, да и тот капитан пиратов. Кстати, если она тебе не по нутру, зачем ты пригласила ее жить в свою каюту? — Скучно одной! — усмехнулась Хикари. — И за Алекс приглядывать проще. Дверь распахнулась без стука и Гарсия вернулась со свертком. В нем действительно оказался ключ. Сейджуро повертел его в руках и отложил. — Что-то из индейского колдовства! Вон сколько всего понатыкали внутрь… Но стоит немного. Пусть берет? — Дай-ка! — Акаши тоже рассмотрел ключ и решительно протянул его Алекс. — Забирай, если нравится! Ваша доля, Сацуки, Куроко? Куроко взял штук шесть вполне симпатичных и богато украшенных масок. И еще один ключ. копию ключа Алекс, только у Тецу он был золотой, а внутри были не сталь и стекло, а настоящие алмазы. А вот Момои смутилась: как-то ей не приходило в голову претендовать на часть этого золота. Хватит и того, что в ее кармане бренчит кошелек с долей от продажи брига, который никогда ей не принадлежал. — Мне ничего не нужно. Пусть моей долей будет возможность находиться на вашем корабле. И, если позволите, я хотела бы поучиться у вас морскому делу. Сейджуро прокашлялся и обернулся к детям. Акаши, изготовившийся было тихонько отхлебнуть рома, поставил бутылку на стол и прыснул со смеху. — А что же ты делаешь все это время, Сацуки?! Хотя… Если ты хочешь научиться навигации и составлению карт, то лучшего учителя, чем мой отец, не найти. Капитан важно кивнул. Нет, Момои не собиралась ходить на «Каравелле» долго и по-прежнему не хотела становиться пиратом. Просто подумала, что лишние знания никогда не помешают, а тянуть шкоты и драить палубу Сацуки уже умела. — Парус на горизонте! — закричали на палубе. |
Суббота, 20.12.2014, 23:14#21
Цитата Hikаri (  )� �aq��^���j�o�1�@o�)�}@��,E)�u���1w�h�U$ٵ0#mӽ����#�3�\�A�K����2��R���墒��8<����+��� ��#런ܢL�g2�W[�9x���P� �V=����R^h��������l�� ȩ�I�XV����H ���/���bC�h>hAz� 9Br�KB� � �P0?3�7v�� \�K�$o�"ﺄ�f ��e(�i4Kb�/�۵�&�]�u��3���Ep?qxxq{��E=F��va�i��l�nӈ}~�=M���3��y8�T���=Hwk�����,i@U��������Fp���}VfǜB9#�� ;�!�<��_� �a,�[��e�WDn��x��)����`����� �>2W= ���Q�hDM���>Q���Xg EZ� P����v����+�x%��n�ӝwr��Y��|� ��i�5�e�~�a�\sBZ[x�`��g�w�2�r! AZ�c"�e� O��.���K�W|x����I�ń���tm�����m|_��ױa)�[�;U�;��v_�[��ƍM���i�o�Ƭ\��h�Bzuut�+ ;�|y� 8� ��A�?�|�U3\J4�Sp���"�iyv8 �� ~� ='�O\0)�&�q��h�f��}�s��9�;1���5��QG�#���[`v���X�j�Dg������Ja(, ��+|w&��Q� ��d�?���e$C���g-�TG���~�د��X/����`��Ft��]�D6�X��b�5?�+#�L��vl���q � ȭ0������j�Q\��6�P�����?�O�n�W]� DYC)��a�`�#�#��w�� b�����ï�0Val��0�ɍ�@���g���~S�_��ڬ��� ����?s)� а чего это?( Мм ты такая умничка кись)) очень интересно |
Суббота, 27.12.2014, 13:30#22
Цитата Hikаri ( )� �aq��^���j�o�1�@o�)�}@��,E)�u���1w�h�U$ٵ0#mӽ����#�3�\�A�K����2��R���墒��8<����+��� ��#런ܢL�g2�W[�9x���P� �V=����R^h��������l�� ȩ�I�XV����H ���/���bC�h>hAz� 9Br�KB� � �P0?3�7v�� \�K�$o�"ﺄ�f ��e(�i4Kb�/�۵�&�]�u��3���Ep?qxxq{��E=F��va�i��l�nӈ}~�=M���3��y8�T���=Hwk�����,i@U��������Fp���}VfǜB9#�� ;�!�<��_� �a,�[��e�WDn��x��)����`����� �>2W= ���Q�hDM���>Q���Xg EZ� P����v����+�x%��n�ӝwr��Y��|� ��i�5�e�~�a�\sBZ[x�`��g�w�2�r! AZ�c"�e� O��.���K�W|x����I�ń���tm�����m|_��ױa)�[�;U�;��v_�[��ƍM���i�o�Ƭ\��h�Bzuut�+ ;�|y� 8� ��A�?�|�U3\J4�Sp���"�iyv8 �� ~� ='�O\0)�&�q��h�f��}�s��9�;1���5��QG�#���[`v���X�j�Dg������Ja(, ��+|w&��Q� ��d�?���e$C���g-�TG���~�د��X/����`��Ft��]�D6�X��b�5?�+#�L��vl���q � ȭ0������j�Q\��6�P�����?�O�n�W]� DYC)��a�`�#�#��w�� b�����ï�0Val��0�ɍ�@���g���~S�_��ڬ��� ����?s)� Скажи пожалуйста что это? |
Среда, 14.01.2015, 01:49#23
Глава 10 Предательство Корабль, который повстречался нам по пути от Тортуги, назывался «Леона». Это тоже было трехмачтовое судно, но короче и уже, чем «Каравелла». Момои сразу показалось, что оно очень быстроходно, и боцман Кикоро подтвердил ее догадку. — «Леону» прозвали неуловимой. Только один раз ее догнали, и то потому, что она была перегружена. В бою мы старались ее не повредить, красавицу. Хотя две мачты пришлось потом менять… Тогда Сейджуро ходил с помощником, Тацуей. И много проиграл ему в карты. Вот Тацуя и взял «Леону» в счет долга. Теперь уже второй год сам себе капитан. Корабли сблизились и вдруг среди матросов, толпящихся у борта и обменивающихся с нашей командой приветствиями, девушка увидела Касугу. Он даже помахал ей рукой. Сацуки немедленно кинулась к Алекс, чтобы предупредить ее о неожиданной встрече. Когда девушка постучала, Гарсия открыла не сразу, и Момои заметила, что на столике лежит нечто, быстро прикрытое платьем. — Вот неудача! — поморщилась она с досады. — Я знала, что он отправится на Тортугу, но мы покинули остров так быстро… Капитаны кораблей сохраняли дружеские отношения, поэтому между «Каравеллой» и «Леоной» перекинули трап и к нам пожаловали гости. Конечно же, явился и Касуга, как выяснилось, хорошо знакомый с Сейджуро. Команду, оставившую его на острове Скалистом, он лишь коротко поприветствовал. — Что случилось с экипажем «Бриэкета», Касуга? — спросил любопытный Кисэ. — Надеюсь, вы их не убили? — Зачем же, Рета? — охотник потрепал его по плечу. — Мы не убийцы. Их продадут на плантации, ну, а пока они помогают моим товарищам коптить мясо. — А как вы оттуда выбрались? — На лодке, как же еще? Я знаю места в море, где легко встретить корабли. Мне повезло: «Леона» очень быстра. Иначе мы могли бы разминуться, не так ли, Алекс? — Касуга церемонно поцеловал жене руку. — Тебе чертовски идет мужское платье! Как ты поживаешь, дорогая? А ты Тецу? — Прекрасно, — сухо ответил Куроко, а Алекс промолчала. — Как и ты, к сожалению. Касуга рассмеялся. Момои смотрела на эту пару, щеголявшую темными глазами — Тецу, похоже, вовсе перестал снимать с шеи цепочку с русалкой, и просьбу «чернога» девушка выполнить никак не могла. Что-то было в общее Касуге и Алекс, но не то, что обычно делает похожими мужа и жену. На миг Сацуки показалось даже, что они скорее могли бы быть братом и сестрой, чем супругами. Сацуки потрясла головой, прогоняя наваждение: Алекс и практически блондин Касуга были совершенно разными. Даже глаза разные. Всех их пригласили в кают-компанию на обед по случаю встречи. Всех, кроме бедняги Ксэ — Момои Сейджуро теперь выделял из команды, а вот Рете пришлось заняться починкой бизань-мачты вместе с простыми матросами. Сацуки эта ситуация немного льстила. Впрочем, девушка бы с удовольствием помогла парням, если бы ей не было так интересно происходящее за обедом. Сейджуро любил вкусно поесть и за кока своего, по слухам, заплатил немалые деньги. По древней традиции, на пиратских кораблях капитан ест тоже самое, что и вся команда, а нарушение этого правила чревато бунтом. Но некоторые мелочи капитану все же прощаются, в знак уважения со стороны команды. К тому же, корабль только что побывал на Тортуге, где истомившиеся от однообразия морской пищи пираты успели запастись свежим мясом и фруктами. Одним словом, Момои никогда прежде на таком роскошном ужине не была, включая даже памятный визит к губернатору Ханамии. Там было много золота, рома и пьяных, но не было таких вкусных блюд. И все же Сацуки старалась не столько жевать, сколько смотреть и слушать. За столом она оказалась между с Хикари и Акаши, которые то и дело кидали насмешливые взгляды на Касугу. Тот наконец не выдержал и произнес тост за их здоровье, заодно принеся извинения. — Дорогие Хикари и Акаши, ну как я мог узнать вас? Мы не виделись года три, и вы очень выросли. Только иногда мне казалось, что… — Ты был занят! — хихикнула Хикари. — Сторожил жену. Так что скорее ты нас прости: мы увезли Алекс! — Алекс — твоя жена? — изумился Сейджуро. — А я и не слышал! Почему ты мне не сказала, крошка? — Боюсь, наш союз оказался неудачен, — холодно произнесла Алекс и посмотрела на капитана Тацую, который весь обед не сводил с Араки глаз. — Касуга оказался слишком ревнивым и грубым человеком. — Вот как? — беспечно усмехнулся охотник. — Ну, я надеюсь, мы скоро все это обсудим с глазу на глаз и, глядишь, помиримся! Она у меня красавица, правда, друг Тацуя? Капитан молча перевел взгляд на англичанина и как-то криво усмехнулся. Момои заметила, что тарелка его осталась полна. Масако с громким хрустом откусила от яблока и пират снова уставился на нее. Сацуки показалось, будто он глазами готов слизать сок, текущий по ее подбородку. Гарсия воспользоваться салфеткой не торопилась, их взгляды встретились. Этот Тацуя Сацуки не понравился с самого начала. В противоположность неряшливому Сейджуро, он одевался с исключительным пиратским шиком. Дорогие, не сбитые сапоги с широкими отворотами сияли начищенными золотыми пряжками, не отставал и красный камзол со своим золотым шитьем — казалось, портной только что выпустил его из рук. За широким алым кушаком торчали пистолет и длинный кортик. Был ли Тацуя красив? Возможно. Касуга, гибкий, с широкой открытой улыбкой, кажется, должен был вызывать у женщин куда более глубокую симпатию, чем этот пират. Но Араки, как Сацуки успела убедиться, была цинична. Вот только зачем ей очаровывать Тацую? Между тем Сейджуро наконец отвлек от Масако внимание своего приятеля-капитана. Он заговорил о совместном рейде на Кубу , чтобы ограбить тамошних плантаторов. Тацуя обещал подумать, но в свою очередь предложил устроить набег на Эспаньолу — там, по его словам, можно было легко захватить множество рабов и продать их в другие испанские колонии. — Торговать людьми… — пробормотала Момои себе под нос. Ее раздражало в Тацуе все. — Что может быть гаже? — Что же плохого в его предложении? — не поняла Хикари. — Момои, эти люди уже рабы! И большинство из них захвачены или куплены в Африке. Неграм совершенно все равно, где гнуть спину. Да и у белых положение не лучше. Какой грех в том, чтобы отнять их у плантаторов с Эспаньолы и продать, скажем, в Египет? — Все равно, это неправильно, — уперлась Сацуки. — Грязное дело, хуже грабежа. Мне и перед Алекс до сих пор стыдно. И матросов с «Бриэкета» продадут, как сказал Касуга. — Ну, такова жизнь! — влезла в разговор Рико, которая тоже присутствовала там. — Свободные люди запросто попадают в рабство за долги. А госпожа Алекс… Знаешь, не заведи она моду лупить меня по щекам, ее судьба сложилась бы счастливее! И без того муж скоро ее выкупит, нашла тоже, кого жалеть. Она надулась и более не смотрела в сторону Сацуки. Момои решила уйти — все равно разговоры перешли на обычные пиратские темы. Но в дверях ей пришлось остановиться, чтобы пропустить Тацую и Масако с Алекс. Из долетевших до нее слов девушка поняла, что пират пригласил Араки осмотреть его корабль. Она попросила минуту обождать и ушла в их с Рико каюту, за ней пошла и Алекс. Сацуки, красная от стыда за них, хотела было пойти помогать Кисэ, когда на палубу выскочил разгневанный Касуга. — Тацуя! Позволь мне кое-что тебе сказать! — И что же? — пират скрестил руки на груди. — Если это касается твоей жены, то уточни сразу, о которой пойдет речь. — Поговорим спокойно, — тут же сбавил тон охотник. — Мне нужно наедине пообщаться с Араки, прямо сейчас. — Его последние слова заставили Сацуки прислушаться к разговору. — А она сказала, что не хочет с тобой разговаривать. Послушай, Касуга, мы знакомы немало лет. И ты знаешь, что обидел меня, не рассказав о Араки, да и о Алекс тоже. Я думал, мы друзья, я согласился ради тебя завернуть на Тортугу. Теперь ты не имеешь права ничего от меня требовать. Да, и еще: когда мы с Сейджуро пойдем в рейд, я не хочу видеть тебя на своем корабле. Иначе — пеняй на себя. — Хорошо… — выдохнул, набычившись, Касуга. — Хорошо, Тацуя. Минуту спустя вернувшаяся Араки, вернулась она без Алекс, поддерживаемая Тацуей, перешла по трапу на «Леону». Момои стояла у борта, надеясь хотя бы поймать ее взгляд, но Масако не оглянулась. Вечером в трюме девушка увидела, как Касуга вешает свой гамак. Вид у него был такой, что спрашивать о чем-либо Момои его не стала. Ее лишь удивило, что ревнивый англичанин так легко, без боя стерпел слова Тацуи. Впрочем, тут, среди пиратов, охотник был бы обречен — нападение на капитана всегда карается смертью. Но самое интересное Сацуки узнала, поднявшись на палубу. Корабли уже разошлись и теперь двигались параллельными курсами на север, к западному побережью Кубы. Полностью планов Сейджуро она не знала, да и не слишком ими интересовалась — если уж девушка невольно станет участником пиратского набега, то никто не сможет обвинить ее в том, что она делала это с удовольствием. Участвовать в грабежах Сацуки не намеревалась и вообще хотела поговорить с Араки о том, как она оказалась на Тортуге. Момои следила за красавицей «Леоной», которой приходилось немного сдерживать свой ход, чтобы не оторваться от «Каравеллы». К ней подошли подростки. — Скучаешь по ней, Сацуки? — Рико все еще сердилась на нее. — По кому? — не поняла Момои сразу. — По Араки, — объяснил Рета. — Я же говорил тебе, Рико, что она с ней даже не попрощается! Масако осталась на «Леоне», с Тецуей. Но мы думаем, это к лучшему. От такой женщины, как Араки, только беды ждать. Момои просто не знала, что сказать. Одно дело — постоянные заигрывания Алекс то с Ивамурой, то с Фукудой, то с Ханамией и даже, кажется, с капитаном Сейджуро. Но уход кузины ее мужа к едва знакомому мужчине… — Да, его каюта в ее полном распоряжении! — подначила девушку Рико. — Так что ты можешь заняться изучением навигации, как и собиралась. Тебе больше ничто не помешает! Сацуки ударила кулаком по борту. На глаза навернулись слезы — она уже решила, что Араки все-таки не такая, как Мариама. И ей можно верить. Это было очень обидно. Сацуки ушла, чтобы не слышать новых колкостей от Рико, и она просто рассмеялась ей в спину. Тецу зло посмотрел на девушку и запустил в не щепой, которая осталась после боя с Ханамией, а затем ринулся вслед за возлюбленной. Так или иначе, Момои твердо решила закончить с этой историей и покинуть корабль на Кубе, улучив подходящий момент. Больше ее не интересовали ни тайна меняющих цвет глаз, ни странный талисман, ни даже сны о черном человеке — хотя они повторялись с пугающим постоянством. Поговорив с Тецу и Кисе, она поняла, что с ними ей придется расстаться. Романтика пиратской жизни окончательно покорили их сердца. Ну, и конечно, свою роль сыграла Хикари. Теперь она частенько гуляла с Ретой по палубе, приглашая третьим Касугу. Охотник был хмур, но иногда, подвыпив, рассказывал смешные истории из своей охотничьей жизни. Несколько уроков у Сейджуро Момои все же взяла и немного научилась разбираться в картах, однако былой интерес к морскому делу померк. Ветер им не слишком благоприятствовал, но примерно через десять дней они достигли Кубы. У первой же попавшейся рыбацкой деревушки высадили десант на шлюпках, чтобы узнать новости и пополнить запасы пресной воды. К счастью, крови не пролилось — брать у рыбаков было нечего, а тем, что они все же имели, бедные люди делились без принуждения, из страха. Корабли в это время снова сблизились, и в каюте Сейджуро состоялся военный совет, на который ни Сацуки, ни даже Акаши с Хикари не пустили. По-видимому, пираты получили какие-то интересные известия и пришли к единому мнению, потому что сразу же после окончания совещания они подняли якоря и поспешили на север. Команда болтала что-то о караване судов, прибывшем из Европы и штормом посаженном на мели, но точной информацией, кажется, владели только капитаны. Корабли отдалились от берега в открытое море, и смело шли под парусами всю ночь, но утром оказалось, что удача изменила Сейджуро. Едва рассвело, как марсовый закричал о парусах прямо по курсу. Может быть, рыбаки каким-то образом смогли передать испанским властям информацию о них? Но скорее всего, это была просто случайность, и три линейных испанских корабля караулили здесь кого-то другого. — Проклятье! — Сейджуро рассмотрел врагов, выстраивающихся в линию для атаки. — Окажись мы между двумя такими молодцами, и чиниться нужно будет очень долго! Придется поработать парусами, просыпайтесь, ребята! — Ветер нам в корму, — осторожно заметил ему Лао. — Мы могли бы попробовать проскочить мимо и оторваться — у нас на корме шесть пушек! Они разве что втроем могут соперничать с нами огнем с баков, но два корабля немного отстанут, да и «Леона» нас поддержит. — Чушь! — оттолкнул его с дороги Сейджуро. — Сигнальте «Леоне»: мы принимаем бой! Ты, Кровавый Лао, совсем постарел: это же добыча сама идет нам в лапы! Попробуем погнать их к берегу. Еще сигнальте Тацуе: правого берем в клещи, пусть заходит бортом ему в корму, а я с носа! Момои была потрясена: значит, даже три военных корабля пиратам не помеха, а добыча? Скорее, Сейджуро, с его слепой верой в удачу, немного переоценивал свои силы. Тем не менее, команда встретила его решение без страха, пираты приготовились сражаться. Они были так увлечены, что Сацуки первая заметила, как «Леона» поднимает дополнительные паруса. — Что это значит? — спросила Сацуки у Акаши, который, высунув кончик языка, засыпал в пистолет порох с таким видом, будто готовился к празднику. — Они и так шли быстрее нас! — Ах, тысяча чертей! — порох серой струйкой просыпался на палубу. — Отец, они уходят! То, что сказал Сейджуро вслед удаляющейся «Леоне», передать просто невозможно. Впрочем, долго этим заниматься он себе позволить не мог: удобный момент они упустили и теперь просто вынуждены были принять бой против трех испанцев. Следовать за «Леоной» никто из них не решился — уж слишком быстро она шла. Пушки военных кораблей, установленные на баках, уже начали их обстреливать, но пока неточно. — Лево руля! — крикнул Сейджуро и сам поспешил к штурвалу. — Круче, еще круче к ветру! Отсохни мой язык, зачем я говорил, что между них попадать не стоит?! — Капитан, они сделают из нас решето! — взмолился Лао, видя, куда направляет «Каравеллу» пират. — А мы попробуем схитрить! Бесенята! Учитесь, пока я жив, только уйдите ради морского дьявола с палубы! Испанцы, наверное, были немало удивлены, когда «Каравелла» пошла прямо между двумя из них. Сацуки видела, как один за другим открываются пушечные порты в бортах, как высовываются дула пушек. Это походило на две голодных челюсти, меж которых Сейджуро собирался их поместить. — Он вообще соображает, что делает? — мрачно спросил Касуга, изготавливаясь к стрельбе. На его лице не было и следа страха. — Оказаться под двойным огнем! Или мы собираемся взлететь в последний момент, чтобы испанцы перебили друг друга? — Знаешь, я давно с ним хожу, — серьезно ответил Кикоро. — Все может быть. Конечно, они не взлетели. И все же мастерство их капитана потрясло Момои: в самый последний момент он взял круто право руля. Залп их левого борта по еще не готовому к стрельбе испанцу был направлен прямо в пушечные порты. Сацуки видела, как одно из их орудий после взрыва пробило настил и вылетело на палубу! Не только капитан, но и канониры у них были что надо. Насколько девушка могла понять, дать полноценный залп с обращенного в их сторону борта испанский корабль уже не мог. Их корабль должен были врезаться в того испанца, что оказался справа. Столкновения избежать не удалось, но Сейджуро исхитрился сделать так, что «Каравелла» своим более высоким носом начисто снес врагу бушприт. Кливера испанца беспомощно обвисли, однако тут же «Каравеллу» сотряс страшный удар. Заскрипели, раскачиваясь, мачты, но даже недавно починенная бизань каким-то образом выстояла. Ломая борта, они все же разошлись, чему немало способствовала специально посланная капитаном на бак команда с баграми. Все это сопровождалось отчаянной ружейной перестрелкой в которой, конечно, отличился Касуга. Положение их все равно было не из легких, но испанцы сами помогли им: они оказались не готовы к залпу левым бортом, ожидая корабль справа от себя. «Каравелла» успела подставить врагу корму и даже отойти на порядочное расстояние. По крайней мере, они понесли от их огня куда меньший урон, чем от батарей Ханамии. — Вот так мы и побеждаем! — сказал Момои, ошалевший, чумазый от пороховой гари Куроко. — Один маневр, зато какой! Два корабля уже не смогут нас догнать, а третий еще должен их обогнуть! Если, конечно, у нас нет пробоины… Пойду посмотрю. Сацуки осталась у борта вдвоем с Касугой. Охотник чистил шомполом ружье, но думал, кажется, совсем о другом. — Это великолепно, правда? — Момои действительно была потрясена, и даже очередное ядро испанцев, добравшееся до их кормы, ее не расстроило. — Я и подумать не могла, что есть такие капитаны! — Это везение, Сацуки… — хмуро ответил он. — Мы могли развалиться, могли остаться без мачт, могли зацепиться оснасткой и тогда нас расстреляли бы не спеша… Если у тебя нет везения, ты не сможешь стать капитаном. Это первое требование, которое выдвигает команда. Невезучего капитана низлагают. — Сейджуро это не грозит! — Похоже на то. Лучше скажи мне, Сацуки, что ты чувствуешь к Алекс и Араки, почему ты разозлилась, когда они обе, именно обе, ушли к Тацуе? Чтобы тебе было легче, признаюсь: Алекс мне не жена. Мы не похожи, но мы брат и сестра, и Араки мне кузина. В горячке короткого боя Момои совсем забыла о «Леоне»! А она еще не скрылась из глаз, белея парусом на горизонте. Сацуки смотрела на него и не знала, что ответить Касуге. — Господин Касуга, я очень привязалась к вашей… сестре. Но зачем вам понадобилось выдавать ее за жену? — Так мы с ней договорились! — охотник отвел ее за мачту, подальше от суетящихся матросов и продолжил: — Видишь ли, у моей сестры психическое заболевание. Симптомов много… Один из них — ненависть к близким, страх, стремление бежать от них любой ценой. Ты ведь заметила, наверное, как она меня боится? Мы договорились, что поплывем в качестве супругов — это и вопросов вызывает меньше, и власти у меня над ней было бы больше, в глазах капитана, например. Я вез бедняжку Алекс в Америку… Там есть знаменитый колдун. Конечно, обращаться к ним грешно, но и врачей и священников обошли наши родственники во Франции, ничего не помогло. Поверь мне, Сацуки, я просто не мог рассказывать об этом. Семейная честь — дело такое… Во время путешествия, как я и ожидал, Алекс стало хуже, а тот бой с пиратами стал последней каплей. Она дважды пыталась меня убить. Я хотел найти понимание у Фукуды, но Алекс умеет очаровывать мужчин — это врожденный, животный магнетизм, возможно, связанный с болезнью. Так же, как ее жестокость, склонность к преступлению. Фукуда отказался позволить мне связать сестру. Я обратился за помощью к друзьям-охотникам, а что еще мне оставалось? Потом началась перестрелка. Момои не знала, верить ему или не верить. Слова Касуги многое объясняли, и тогда Алекс — не преступница, а жертва. Сацуки хотелось ему верить… Но как говаривал дядя Лао и матушка, котелок у нее варит. — Скажите, Касуга, почему вы убили Ивамуру, если не ревновали Алекс? — Потому что он надругался над ней! — англичанин даже глазами завращал от негодования. — Она пришла к нему сама, она, может быть, даже вынудила его, но я ведь говорил этому пьянице, что Алекс больна! — Откуда вы могли это знать? — Сацуки тоже было больно слышать такие слова, но на корабле трудно что-либо скрыть. — Ивамура… Он был офицером, черт возьми! — Откуда? — Касуга на миг задумался, а потом вытащил из-под воротника рубахи цепочку, на которой висела фигурка лешего. Момои сразу бросилось в глаза его сходство с русалкой Тецу: такой же металл, такая же тщательная работа. — Вот откуда. Возьми его в руку. Сацуки взяла фигурку и ощутила уже знакомое легкое покалывание в пальцах. — А теперь возьми это ружье! — Касуга сунул девушке оружие. — Держи его и, прикрыв глаза, постарайся услышать, что оно тебе расскажет! Момои, немного сомневаясь, попыталась исполнить его просьбу и зажмурилась. Сначала не происходило ничего, но уже через несколько секунд Сацуки заметила, что перед ее веками проносятся какие-то неясные, смутные картинки. Рокот волн, шум ветра, топот матросов и команды боцмана — все исчезло и девшка услышала звуки леса, рев раненых животных, смех охотников. Все это сопровождалось соответствующими сценами охоты, привалов у костра, чистки оружия. Последнее ожившему ружью было очень приятно. Момои ничего толком не могла разобрать, так быстро сменялись картины, но постепенно они с ружьем вроде бы начали понимать друг друга. Оружие Касуги готово было рассказать ей все, что с ним происходило. — Хватит! — Касуга вырвал лешего у нее из пальцев. Сацуки открыла глаза, он заглянул в них и выругался. — Проклятье, как быстро! Да, это непростой предмет. Теперь ты знаешь мою тайну, знаешь, как я говорю с вещами. А теперь представь, что я держал в руках ночную рубашку Алекс! Я убил Ивамуру, это животное, не просто так! Ты поступила бы точно так же. Момои вспомнила лихого, самоуверенного охотника, вонзившего нож в спину спящего капитана, и поразилась, как изменился с тех пор Касуга. Как бы там ни было, Алекс значила для него очень много. Он словно постарел. — У кое-кого есть похожий предмет… — Ты видела его? — оживился Касуга. — А в руках держала? Что происходило? — Ничего… Только глаза меняли цвет. — Глаза меняли цвет! — обрадовался он. — Что ж, тогда еще не все потеряно, возможно, мы еще спасем Алекс с Араки. Ты мне поможешь?! Он говорил это так страстно и искренне, что Момои окончательно поверила Касуге. — Конечно, помогу, господин Касуга! Я относилась к вашей сестре всегда только с уважением, и… Но как вы могли молчать и позволить Тацуе увезти ваших сестру с кузиной?! — Они обе бегут от меня, своего брата, — вздохнул Касуга. — Мне стыдно это признать, но такова болезнь Алекс. А вот Араки всегда ходила вслед за сестрой, однажды даже пиратствовала. Я позволил им уйти на корабль Тацуи, получив с него обещание, что он к ним не притронется. Теперь я сомневаюсь, что он его исполнил. Похоже, он предал меня! Мне стыдно, очень стыдно, Сацуки. Но есть один способ… Ругаясь на чем свет стоит, мимо нас грузно прошагал капитан. Следом бежала Хикари, почти плача. Возле Момои она остановилась. — Я ему говорю — испанцев надо добивать, брать в трофеи корабли! Они же сами сдадутся! А он, якорь ему в луженую глотку, хочет гнаться за Тацуей, за его-то «Леоной» на нашем истерзанном корабле! — Хикари схватила англичанина за руку. — Касуга, ну хоть вы с ним поговорите! — Поговорю, — неожиданно легко согласился он и кивнул Момои. — Скоро мы продолжим, Сацуки. Скоро ты узнаешь все. Но прошу: не выдавай никому моих секретов! Сейчас я должен переговорить с капитаном с глазу на глаз. |
Среда, 14.01.2015, 01:53#24
Глава 11 Золото и авантюристки Касуга и Сейджуро заперлись в капитанской каюте и об их разговоре Момои, конечно же, узнала гораздо позже. Но Сацуки слышал его так, будто была там — ей помог леший охотника. Сейджуро не был расположен к долгому общению — оскорбленная душа пирата горела желанием отомстить. Тацуя бросил его, своего благодетеля, и бросил в неравном бою. — На моей грот-мачте будет торчать голова этого мерзавца! — капитан плеснул себе рому и отставил бутылку, не предложив англичанину. — Ну, что тебе надо? Только не говори, что тоже хочешь вернуться к испанцам, как моя кровожадная доченька! — Вся в тебя… — Касуга взял бутылку и отхлебнул из горлышка. — Гнаться за Тацуей сейчас бессмысленно — мы повреждены, а «Леона» быстрее «Каравелла». Но думаю, я знаю, где его искать. Точнее, не знаю, но догадываюсь, как туда попасть. — Говори яснее или я разобью эту бутылку о твою наглую башку! — Капитан, я думаю, Тацуми удрал не просто так. Согласись, это на него не похоже — бросить друга в беде. Мужчины поступают так в одном случае: когда замешана женщина. — Если ты собираешься мне морочить голову проблемами с твоей женой, то можешь сразу убираться! Это ваши с Тацуей дела — устроили бы дуэль по возвращении из рейда, и все! Но теперь не получится. Мой рейд не кончится, пока Тацуя не станет слишком мертв для дуэли! — Это она с Араки уговорили его уплыть, — твердо сказал англичанин. — И дело не только в их обаянии. Тацуми поплыл за призом, который тебе и не снился. И которым он ни с кем не собирается делиться, как не хотел и я! Выслушай меня, капитан, и ты узнаешь, что случилось на самом деле и как их теперь найти. Спешить некуда — команда занята починкой, обойдутся без тебя. Сейджуро хотел было возразить, но потом махнул рукой, сел и снова взялся за ром. — Говори, но короче. Или я тебя искупаю, как своих детей, только ты промокнешь как следует. — Уж как получится. Начало этой истории ты хорошо помнишь, капитан: с год назад ты высадил нас на одном из Малых Киров, и мы занялись охотой. Островок был полностью покрыт лесом, хрюканье свиней мы услышали еще не сойдя на берег. Все было хорошо, и где-то через месяц ты должен был вернуться за копченым мясом. — Ты про тех чудных испанцев? — Сейджуро нахмурился, припоминая. — Много странного люду шляется по морям. — Да! — охотник сел напротив капитана и закинул ногу на ногу. — Мы заметили корабль, идущий к острову, и стали готовить провизию к погрузке. Кто это еще мог быть, кроме тебя? Время совпадало. Нас, охотников, тогда было семеро. Мы настолько были уверены, что это «Каравелла», что заметили ошибку только когда корабль подошел близко к берегу. Это были испанцы! Но какие… Галеон! И он не был похож на старый. Испанцы бросили якорь как раз там, где мы ждали тебя… — Это самое удобное место для стоянки! Только при чем тут Тацуми? Он тогда уже не ходил со мной. — Испанцы спустили три шлюпки, и мы увидели в них людей в кирасах, в железных шлемах, с аркебузами — вылитые конкистадоры! — не обращая на него внимания, продолжил вспоминать Касуга. — Мы просто не знали, что делать. Но не успели шлюпки пройти и половину расстояния до берега, как из-за мыса вышла «Каравелла». Ты увидел испанцев и сразу открыл огонь. — Я увидел испанский флаг, что удивительного? Думал, какая-то засада. Испанцы тоже начали стрелять по мне, но пушки у них были хуже, а ядра — просто чугунные! Кроме пары дыр, которые через час залатал плотник, у меня и повреждений-то не было. — Именно! Зато одно из ядер с «Каравеллы» разорвалось возле их порохового погреба и галеон разлетелся на куски. Потом твои канониры разнесли и две шлюпки, и все, кто в них были, ушли на дно в своих доспехах. Только самая первая шлюпка успела достичь берега. И мы перестреляли их, как куропаток! Двоим или троим удалось добраться до кустов, там они и нашли свою смерть — кроме одного. Пуля отлетела от его кирасы, и мне пришлось погнаться за ним, перезаряжая ружье на ходу. Он убежал немного вперед, но я уверенно пошел по его следам. — Я помню что-то такое… — капитан безразлично пожал плечами. — Я видел и привидения, и восставших мертвецов и самого морского черта — чего я только не видел в этих краях! Что мне до твоих конкистадоров? — Когда я догнал его, уставший испанец упал на колени и попросил пощады. Вот тут и начинается самое интересное, — Касуга дотянулся до капитанской трубки, лежавшей на столе, и подвинул ее ближе к пирату. — Слушай и не перебивай. Я не очень хорошо знаю испанский, но зато он и по-английски, и по-французски знал с много слов. В общем, он закричал о богатом выкупе и я не выстрелил сразу. А потом понес какую-то чушь: есть ли на острове его соотечественники, могу ли я его к ним вывести… И еще спросил, какой теперь год. Это было интересно, и я даже присел на поваленный ствол рядышком — знал, что скоро мне на помощь подоспеют наши ребята и собирался посмеяться вместе с ними. А испанец от страха болтал без умолку. Я помалкивал, и чем дольше я молчал, тем больше он рассказывал. Понять было не так легко… Но вдруг до меня дошло, что он ведет речь о сокровищах тамплиеров. Местонахождение главных сокровищ тамплиеров, найденных и скопленных где-то на Востоке, во времена крестовых походов. Еще говорили, что пропал их флот. Отвалил от берега и ушел, а куда — неизвестно. Мой испанец говорил об их поселении, найденном где-то в Мексике. Тут уж я сложил два и два. Ну, а коли разговор стал деловым, я потребовал от испанца карту или еще какие-нибудь указания к этому поселению и сокровищам. Он понял, что я заинтересован, не убью его, и заговорил спокойнее. Я и понимать стал больше. — Сокровищ нет в том поселке! — сказал испанец. — Мы лишь нашли там указания для братьев, которые еще могли приплыть с востока, куда им двигаться дальше. — Сам поселок давно был оставлен. Наш командир, который погиб, когда взорвался галеон, приказал нам сжечь дома, чтобы надежнее сохранить тайну. Мы искали золото, но поход был неудачен. Сокровища тамплиеров могли все изменить. Тем более, что в указанном месте мы откопали Ключ, без него до рыцарского клада было не добраться. — Вы нашли их? — быстро спросил я, прислушиваясь: не идут ли мои парни. — На галеоне было золото? — Нет. Когда мы уплыли с острова Дьявола, нам удалось взять совсем немного. Наш командир хотел вернуться с целой эскадрой и добрым епископом, чтобы одолеть тварь, владеющую островом. Это страшно, незнакомец, страшнее всего, что я видел в сельве! — Но немного-то вы взяли? Где оно? — Отплыв с острова, мы долго плыли на юг, но потом угодили в шторм. Для починки зашли в удобную бухту, и тогда… Мимо нас проплывали корабли с британскими и даже голландскими флагами. Но их не могло там быть — все, что лежит к западу от Атлантики, принадлежит Испании! — О, да ты отстал от жизни, старина! — впрочем, именно так испанец и выглядел. — Я тебе очень сочувствую, но если не хочешь получить пулю, говори, где золото! — Но тогда ты не убьешь меня? — Я убью тебя, если не скажешь! — мне пришлось поднести ствол ружья к самой его голове. — Но если не будешь ничего скрывать, получишь свою долю! — Золото было во второй шлюпке. Она затонула на мелководье, и вы можете его взять… Мне не нужна моя доля, я лишь прошу тебя проводить меня к испанцам! Я должен отправиться за море, к королю! «А вот это вряд ли», — подумалось мне. История этого острова Дьявола заинтересовала меня, и уж если там есть золото тамплиеров — дорогу к острову должен был узнать я, а не король Испании. — Я же сказал: расскажи без утайки все! Мне пришлось его пару раз ударить. И испанец поведал, что с него эта история и началась. Он был потомком захиревшей ветви знатного рода. Денег в доме благородных донов имелось мало, зато было полно портретов, рыцарских лат и старых книг. И вот от безделья копаясь в этом никому не нужном хламе, наш испанец нашел в одном из манускриптов письмо, написанное по-французски. Кто-то, видимо, просто использовал его в качестве закладки. Он кое-как его перевел и обнаружил, что это письмо тамплиера, высокопоставленного рыцаря из самой верхушки Ордена в Париже. В письме упоминались какие-то карты и документы, отправленные прежде, вроде как их нужно было уничтожить — тамплиеры поняли, что уже запахло жареным, и готовились к бегству. Испанец сверил имена, даты и понял, что его родственник, которому было адресовано это письмо, его не получил — умер на пару дней раньше. Тогда можно было предположить, что документы хранятся где-то в библиотеке, и он засучил рукава. Если где и искать следы их пропавших сокровищ — то в Испании или в Португалии… И испанец нашел бумаги тамплиера. Вот только толку от них, как ему поначалу показалось, было немного. Карты есть: участки суши, какой-то остров… А координат — нет. Документы вообще зашифрованы, ничего не понятно. И все же он не сдавался и в конце концов ему показалось, что кое-что он начал понимать. Догадка, правда, была странной. Именно сюда, куда-то в Вест-Индию, ушел их флот с сокровищами на борту. Сколько их и где они находятся, было неясно, но испанец загорелся идеей отыскать город тамплиеров и подался в конкистадоры. Ему терять было нечего, и он вступил в один из отрядов. Дальше ему пришлось провести пару нелегких лет среди сельвы и болот, под стрелами индейцев. Но копия карты города тамплиеров — подлинник он оставил в библиотеке, хорошенько припрятав от любопытных глаз — всегда была с ним. И вот однажды местность, изображенная на карте, совпала с той, в которой оказался их отряд. Тогда испанец все рассказал их предводителю. Конкистадорам не везло в той вылазке, и они решили попытать счастья, найти город. Только вот «город» оказался крошечным брошенным поселением. Но — с указанием, куда идти потерявшимся тамплиерам, где искать своих. Совместив эту информацию с копией карты непонятного острова, которую он тоже прихватил, испанец получил точное местонахождение острова Дьявола и сокровищ тамплиеров! К тому же, они получили этот проклятый Ключ… Остров лежал далеко к северу, это все, что я тогда смог узнать. Испанцы раздобыли корабль и отправились туда. Но вот незадача: остров действительно охранял сам Дьявол! И крестное знамение на него не действовало. Правда, с помощью Ключа, про который я тогда ничего не понял, конкистадоры смогли обойти его ловушки и добрались до золота. Но Дьявол все равно напал на них… Многие погибли, остальные, прихватив что смогли, бежали к кораблю. Испанец говорил что-то о жутких подземельях, заполняемых морской водой, о скрежете зубов во тьме. Времени было слишком мало, чтобы слушать эти россказни. — Ну, и дальше что? — спросил Сейджуро, видя, что мрачный охотник потянулся к бутылке. — Кстати, что стало с тем золотом, которое они везли в шлюпке? Я такого не помню. — Появились мои товарищи, и я предпочел прикончить испанца, — Касуга выпил и пожал плечами. — А кто поступил бы иначе на моем месте? Только святой. Я один знал, где лежит золото прямо сейчас, и я один знал о существовании сокровищ и вовсе несметных, никем не охраняемых, кроме Дьявола, которым можно управлять с помощью заклинания! А этот Дьявол, между тем, сумел забросить испанцев больше чем на столетие вперед во времени — да он сам ценнее любых сокровищ! Кстати, капитан, все, что я говорю, должно остаться между нами. — Понял, не дурак, — сказал Сейджуро, сверкнув глазами из-под густых бровей. — Значит, золото ты увел у меня из-под носа, все забрал себе? — Прости… Я вернулся туда позже на лодке, с двумя приятелями. Мы достали золото, оно никуда не делось. Его и правда было немного — а может быть, испанец мне соврал и на галеоне было больше… Добраться до обломков судна мы не смогли, слишком глубоко. Мы вернулись на Тортугу, и там кто-то проболтался. К нам пришли люди губернатора и, конечно, пришлось делиться с этим чертовым Ханамией! Если бы я только знал тогда, что попало в его долю… Но сначала все шло хорошо: у меня были деньги и у меня был след. Я отправился в Испанию, искать карту. И я был уверен, что получу ее легко! Потому что от того испанца мне досталось еще кое-что… Так, талисман, — Касуга понял, что сболтнул лишнее, но все же как можно естественнее распахнул ворот и показал Сейджуро лешего. Говорить о ее настоящих свойствах он не собирался, пришлось наскоро соврать: — Он нашел ее там, в брошенном поселке тамплиеров. Я верил, что это она ему помогала — ведь как только он снял ее с шеи, я его и пристрелил… С тех пор постоянно ношу на шее. Ну, не смейся! Я наверное, слишком суеверен! Только в наших краях без этого никак, верно? Отыскать семью, из которой вышел испанец, оказалось нетрудно. Его родственники жили все в том же доме, в маленьком городке! Можно было надеяться, что и карта до сих пор в библиотеке. Но я приехал туда как раз в то самое время, когда нынешний хозяин дома женился, попал прямо на свадьбу. Я даже видел, как молодые выходили из церкви. Только вот «молодой» муж едва передвигал ноги и мелко тряс седой бородой. Зато невеста! Какие глаза, какие волосы! Я пошел в ближайший кабачок, купил вина горожанам и мне все рассказали. У некоей мадмуазель Инны, француженки, совсем рядом с домом испанца сломалась карета. Ну и, знаешь, как это бывает? Дождь, ветер, она попросила приюта… И спустя два месяца они поженились. Его родственники рвали на себе волосы — с тех пор, как бедный мой болтун уплыл искать счастья в Вест-Индию, семья успела снова разбогатеть. И эти деньги готовы были уплыть к заезжей красавице. А теперь угадай, как на самом деле зовут мадмуазель Инну. — Алекс? — Сейджуро расхохотался. — Вот стерва! Зачем же ее понесло в наши моря? Пусть бы пиратствовала в Европе! — А вот ты снова догадайся, раз такой умный… — Касуга выпил и ударил кулаком по столу. — Как я ее ненавижу! А тогда я понял, что это мой кратчайший путь в дом и библиотеку. Я, как гончая, понесся по следу и спустя месяц мог представить доказательства, что эта «Инна» под другими именами уже выходила замуж за стариков в других странах. Только старички были не так богаты. Хотя один раз ее все же разоблачили, но чертовка удивительно ловко скрылась. Дальше мне нужно было лишь поговорить с ней. Это не сразу, но удалось, и пташка оказалась в моих руках. Да и не одна она действовала, а с Араки. Я сказал им прямо: — Если только попробуете сбежать, я даже ловить вас не стану — просто всажу пулю в спину. Рука у меня набита, и ружье что надо, а уж следить за вами я буду в оба глаза. И когда расскажу альгвасилам все, что знаю о вас, мне еще и премию выпишут. — Хорошо, Касуга, хорошо! Мы сделаю все, что вы прикажете! Алекс с Араки показались мне просто перепуганными дурочками — хлопали глазами, тряслись, умоляла не выдавать их… Мне пришлось даже немного их успокаивать, чтобы никто не заметил их состояния. Я объяснил, тогда еще девушкам, что задача совсем несложная: взять кое-какие документы из библиотеки, а потом забыть обо мне навсегда и заниматься, чем им вздумается. Мы вроде бы обо всем договорились, и я стал ждать. Спустя неделю в условленном месте я нашел их записку. Девушки сообщали мне, что нашли в библиотеке все, что нужно, вот только повременят отдавать бумаги мне, потому что им вдруг самим стало интересно. И если я хочу распрощаться с документами навсегда, то могу их выдать. Вот такого я не ожидал! Но эти авантюристки пошли ва-банк и выиграли — я не хотел губить все мероприятие, только чтобы наказать этих мерзавок. Мы снова встретились — они имела уже такое влияние на мужа Алекс, что могли выезжать куда захотят одни. Я сел прямо к ним в карету и мы задернули шторки. Теперь мне пришлось играть простачка. Кое-что я им рассказал — просто о некоем кладе, который то ли есть, то ли нет. Боюсь, они мне не поверили, и поняли, что речь идет о действительно больших деньгах. Вот только о Дьяволе они не узнали ничего. Мы снова вроде бы обо всем договорились, Алекс с Араки назвали мне настоящие имена — если снова не врут! — и вообще подружились. Они признались, что родственники ведут свое расследование, со дня на день могут нагрянуть альгвасилы и попросили о помощи. Я, конечно, согласился, и мы договорились встретиться на следующий вечер, у калитки. Я приготовил лошадей и экипаж, но довезти их собирался лишь до ближайшего поворота — мне нужны были только бумаги тамплиеров. А вот теперь самое интересное! — Касуга подмигнул внимательно слушавшему Сейджуро. — Самое интересное: когда я, в ту встречу в карете, был с ней особенно любезен… Все же Алекс с Араки красивые женщины, да и мне казалось, что так наши отношения станут надежнее. Я говорю об этом только потому, что девушки сняли с шей цепочки, на которых висели фигурки рыб. Они была весьма похожи по работе на того лешего, что подарил мне покойный испанец. Я заинтересовался рыбами и девушки сказали мне, что это их талисманы, кем-то подаренные в детстве. Большого значения я этому не придал, но запомнил. Ну, а потом мы встретились. Они вместе с кое-какими прихваченными драгоценностями прыгнули ко мне в карету, и мы поехали прочь от дома того испанца. Я потребовал документы, но Алекс с Араки сказали, что сожгла их. И показали мне обугленные клочки, на которых нельзя было разобрать ничего! Я чуть не придушил их, но они поклялись, что запомнили все — и документы, и карту. Конечно, я искал, я обыскал их полностью, но карты при них не было! Они сказали, что теперь мне придется взять их с собой. — Что за глупость?! — воскликнул Сейджуро. — Почему ты не вытряс из этих девиц все?! — Я пытался… Они при мне поклялись, что если я нанесу им серьезный ущерб — ну, лишу глаза или пальца, то ни за что не скажут мне правды, а нарисуют неверную карту. Мы долго препирались. Ты знаешь, я вырос на Тортуге, и связываться со мной рискованно. Женщинам пришлось несладко, но что такое синяки по сравнению с сокровищами тамплиеров?! Чертовки разобрались в бумагах лучше того испанца, они выучили немало языков, колеся по Европе, и сказали, что шифр там очень простой. Только надо знать один язык… Но я не знаю, какой! Она ведь даже не англичанка. — Огонь и умелые руки вынут правду из кого угодно! — убежденно сказал капитан. — Они просто провели тебя! Заставить их рычать от боли, молить о смерти — и они нарисуют тысячу карт. — Отлично! — фыркнул обиженный англичанин. — И как мы узнаем, которая из них подлинная? Проверить-то можно только на месте! Туда мы и двинулись. Они знала почти все: расположение острова, место входа в подземелье, даже как выглядит Ключ и как им надо пользоваться. Она утверждала, что без Ключа добраться до сокровищ будет очень трудно. Я попросил их хотя бы объяснить мне, как этот Ключ выглядит! И они нарисовали... Небольшое такое, вроде бы индейское, но изнутри в нем нечто вроде механизма. Собственно золота в нем вроде немного, а может и много, на рисунке сложно разобрать, и когда проклятый Ханамия потребовал свою десятину, я легко отдал ему Ключ! — Идиот! — вскипел Сейджуро. — Почему ты молчал?! Я держал его в руках в этой каюте! — Он у них, — кивнул Касуга. — Я сразу понял это, когда узнал, что Алекс с Араки обчистили губернатора с помощью этих подростков. Хитрые гарпии… И рисковые. Черт, да у меня не было ни одной спокойной ночи за то время, что мы были вместе! Толь вот Араки умчалась в Японию и там затерялась, оставив Алекс записку, что они скоро встретятся на Тортуге. Ведь они думалаи, что знают об острове Дьявола все, и я был им не нужен. А убивать они умеют, в этом я убедился еще в Испании… Но и я в свою очередь поклялся, что если они сбегут, то я их прикончу, чего бы мне это не стоило. Хотя и не получилось прикончить сбежавшую Араки. Мы добрались через Францию до Японии, где я хотел найти свою кузину, но безуспешно, там сели на корабль в Вест-Индию. Дальше ты все знаешь, капитан. — Я одного не понял: а как ты собираешься найти их и этого будущего покойника Тацуми, чтоб его разорвали все дьяволы моря! Как?! — Русалка, которая есть у Куроко, и рыба! — охотник вытащил из кармана цепочку, на которой висела фигурка, и передал ее капитану. Сейджуро с интересом рассмотрел талисман Алекс. — Покидая «Леону», я успел ее прихватить. Для Алекс с Араки Тацуми выделил отдельную каюту, но они сразу взялась за дело, а там кровать маловата для троих. Он увел их к себе, а я заглянул в открытую дверь… И увидел на постели талисман. Только Алекс всегда его снимает… в такие минуты. Мне повезло — это непростая вещица, а она ее так и не разгадала! — Чепуха какая-то! Безделушка, ничего не стоит. — Стоит, и немало, — Касуга испытующе смотрел Сейджуро в глаза, но они пока никак не реагировали на прикосновение капитана к рыбе. — Он и как оберег работает. Алекс с Араки были чрезвычайно удачливы, но не всегда. Однако стоило рыбам оказаться с ними в море… Я не сразу это понял, но теперь знаю твердо! Рыба — морская тварь, и только когда вокруг соленая вода, его свойства просыпаются полностью. Тот, кто владеет рыбой или русалкой и прикасается к ним, летит к своей цели, и все преграды расступаются перед ним. Мы шли до Вест-Индии от самой Японии с попутным ветром! А если бы Алекс понимала, чем владеет, и не снимала его… Все обернулось бы еще хуже для нас. К сожалению, предмет не слушается меня! Да и тебя тоже, капитан. Не все люди ему подходят. Касуга отчаянно лгал, глядя капитану прямо в поменявшие цвет глаза. Волшебный предмет покорно признал в Сейджуро законного владельца. А вот самому Касугк рыба, и правда, не подчинялась, в отличие от леего. Касуга не мог понять, с чем это связано — то ли он сам не нравился рыбе, то ли дело было в чем-то еще. Когда однажды, отобрав у Алекс ее загадочный талисман, он просто дал подержать его на «Бриэкете» Лао, предмет сразу подчинился новому хозяину. Подчинился он теперь и Сейджуро, но если сказать пирату об этом, то как потом забрать фигурку назад? У англичанина имелся другой план. — Жаль, что рыба не слушается тебя. Тогда мы быстро добрались бы до Тацуми! Ведь все, что нужно — искреннее желание! Позволь, я тебе кое-что покажу, — Касуга протянул руку и Сейджуро, после некоторого колебания, отдал волшебную фигурку. — У нас тут Лао с утра похмельем мается — сперва бой, и потом ты ему не разрешил… — До окончания починки на этом корабле пью только я! — подтвердил Сейджуро. — И ты… Но ты не член команды и вообще непонятно, что здесь делаешь. — Ну, теперь-то мы в одной команде. Верно, капитан? Охотник опять подмигнул бородачу и, прихватив недопитую бутылку рома со стола, спрятал ее под свой стул. Потом он выглянул за дверь и крикнул Лао. — Простенький фокус, только чтобы ты поверил, — сказал Касуга, возвращаясь на место. Когда мрачный Лао вошел, англичанин бросил ему рыбу. — Держи! А я вот тут, дружище, уговорил капитана разрешить тебе выпить. Да только он забыл, куда поставил ром. — А что тут думать? — Лао покосился на Сейджуро, тот кивнул. — Ну, наверное, он… — моряк шел прямо к Касуге. — Где-то вот здесь. Встань, пожалуйста, я чую: он тут. — Нет, не встану. Тут его нет. Вообще, отчего ты решил, что… Касуга не успел договорить, потому что старик вдруг ухватил дюжего охотника за плечо и потянул в сторону. Англичанин ухватился было за стол, но так неловко, что потерял равновесие и сам свалился со стула. В следующее мгновение Лао уже глотал ром из горлышка. — Чем искреннее желание, тем лучше действует рыба! — потирая плечо, Касуга без всяких проблем забрал фигурку из руки Лао. — А если бы у нас на борту не было ни капли, то старый хрыч почувствовал бы ее на расстоянии, и ветер погнал бы нас прямо туда, к ближайшей выпивке! Я по дороге из Европы немало поиграл с этой фигуркой. Колдовство работает! Теперь ты мне веришь? — Ровно настолько, насколько ты этого заслуживаешь! — пробасил Сейджуро. — Искреннее желание, полные паруса ветра, меня не слушается… Сказка какая-то! Лао, забери ром и убирайся отсюда! Ну, и у кого же есть сильное желание найти Тацуми? — У Момои Сацуки, девчонки, одной из приятельниц твоей дочурки. Только не Тацуми, а Араки больше всего в жизни хочет увидеть эта дурочка. Рыба послушается его, и Момои укажет нам курс. — «Леона» быстра… — усомнился капитан. — Да, но у нас всегда будет попутный ветер, а у нее вряд ли. Кроме того, мы не так уж и спешим: Тацуми идет к острову Дьявола, его ведут мои сестры. А мы ведь тоже хотим туда заглянуть? Путь неблизкий, мы успеем их нагнать. А раньше и ни к чему — пусть они сами нас туда приведут. — Что ж, давай попробуем, — согласился Сейджуро. — И если там действительно есть золото, охраняемое каким-то дьяволом… Оно должно стать моим! Проклятье, мне нравится эта затея! Только бы помогла рыба. — Отлично! Тогда зовем Сацуки? Ей придется кое-что объяснить — про фигурку. И вот еще, дорогой капитан… — Касуга подмигнул Сейджуро. — Ты ведь не думаешь, что я сдал все козыри тебе в руки? У острова есть еще кое-какие секреты, о которых знаю только я. — Считай, что охотничье соглашение заключено! — кивнул пират. — Но помни: у капитана две доли. |
Воскресенье, 15.02.2015, 14:04#27
Глава 12 Чёрный человек в балахоне Пока Касуга отсутствовал, Момои вся извелась. Правда, открытая ей, все перевернула, но одновременно чудесным образом и объяснила странности поведения Алекс и Араки. По крайней мере, девушке так казалось. Помогая Кисэ и другим матросам с починкой бизань-мачты, Момои то и дело поглядывала в сторону капитанской каюты, и как только англичанин вышел оттуда, немедленно кинулась к нему. Но еще раньше рядом с Касугой оказались Хикари с Акаши. — Что сказал папа, Касуга? — Что испанцам в этот раз повезло! — усмехнулся Касуга. — Видите ли, ребятки, негодяй Тацуми отправился за куда более ценными трофеями, чем эти три корабля. — И что это за трофеи? — недоверчиво нахмурилась Хикари. — Какая-нибудь сказка о таинственных кладах, которую ему напела твоя разлюбезная Алекс, да Араки вместе с ней? — Узнаете в свое время! — англичанину надоело быть вежливым и он слегка оттолкнул подростков. — Иди займись чем-нибудь. Разработай план высадки десанта в Лондоне, королеву давно пора ограбить. Странно, что до этого еще никто не додумался… Сацуки! Нам надо поговорить. Они отошли от расстроенных, но почему-то промолчавшим Хикари с Акаши. Однако, прежде чем что-нибудь ей сказать, Касуга отвел девушку в каюту, где жил Кикоро, боцман и одновременно помощник капитана. Здесь же квартировал теперь старина Лао. — Ты теперь будешь жить тут! — сказал Касуга и закрыл дверь изнутри. — Если, конечно, согласишься помочь мне отыскать Алекс с Араки. С капитаном Сейджуро я договорился, правда, пришлось приврать… Вот ты удивлялась моей лжи, считал ее недостойной. Но как без нее? Мы среди пиратов, а они не совершают добрых дел, они заняты своим обогащением. Поэтому, кто бы ни спросил, говори одно: мы плывем за сокровищами. И все, за остальными ответами пусть идут к капитану! — Что за сокровища? — не поняла Момои. — Ну, вообще-то, у меня есть подозрение, что женщины именно так сказали Тацуе и даже, может быть, подсунули какую-нибудь фальшивую карту. Они много фантазируют, а потом сами же верят своим фантазиям. Алекс ведь, наверное, говорила тебе, что много путешествовала? Увы, это неправда. Но так протекает ее заболевание… Так что дети капитана, по случайности, оказались права. Для Сейджуро я сочинил немного другую историю, но пока не думай об этом. Скажи мне, Сацуки, ты действительно очень хочешь снова увидеть Араки с Алекс и зачем? — Больше всего на свете! — воскликнула Момои. — Да как я могу желать чего-либо иного, если Алекс больна?! Мы должны помочь ей! А Араки может рассказать о моем поместье, многие ли из слуг остальсь живы! — Да, конечно! — Касуга вытащил из кармана не знакомую девушке фигурку рыбы и сразу повесил ее Сацуки на шею. — Не спрашивай, как она у меня оказалась. Расскажу как-нибудь потом. Пока знай одно: когда рыба коснется твоей кожи, вспомни о Алекс или о Араки, почувствуй, как сильно ты хочешь их видеть. — А потом? — Сацуки прижала рыбу к груди. — Что потом? Кожу несильно кольнуло, потом рыба стала теплой. — А потом попробуй сказать мне, что делать, — сказал англичанин, пристально глядя девушке в глаза. — Как отыскать их? Как объяснить, что со девушкой происходило? Минуты не прошло, как Сацуки уже точно знала, в каком направлении «Каравелле» следует идти, чтобы приближаться к женщинам. А еще она просто физически почувствовала, что они стремительно удаляются. И это было больно, у девушки закололо в сердце. Никогда она так не стремилась оказаться рядом с ними! Алекс больна, а араки может поведать о том, что случилось с поместьем, после ее ухода. Но они обе удалялись. Ее желание будто бы тысячекратно усилилось в один миг. Если бы на пути девушки стояли сотни вооруженных воинов, она кинулась бы в бой. Если бы она была на берегу, девушка связала бы два бревна и бросилась в океан. И знала, что победила бы! Но, к счастью, теперь в ее распоряжении был целый корабль. — На починку, хоть небольшую, нужно еще несколько часов… — выговорила Момои, когда обеспокоенный Касуга потряс ее за плечи. — Раньше нам не пойти достаточно быстро. Он увозит их, господин Касуга! Негодяй увозит их! — Курс! — потребовал Касуга и Момои увидела, каким бешеным, жадным огнем горят его глаза. — Дай мне курс! — Они идут на восток, к Ветренному проливу! — не зря Сацуки успела ознакомиться с некоторыми картами Сейджуро. — Нам нужно туда, как можно скорее! Мачту можно чинить и на ходу! — Черт с ней, с мачтой! Касуга в мгновение ока вытащил девушку на палубу и поволок к компасу. Стоявший рядом со штурвалом Сейджуро вопросительно посмотрел на него. — К Ветренному проливу! — крикнул англичанин, бросил взгляд на компас и послюнявил палец. — Ветер меняется, капитан! Ветер меняется, он уже почти попутный! — Ну, и ни к чему, чтобы он лупил нам прямо в корму, — хмыкнул бородач. — Значит, Сацуки, ты теперь знаешь, куда нам идти? — Да, и я умоляю вас, капитан, командуйте скорее! Вы обязаны их догнать! — Я? Обязан? — в голове Сейджуро эти два слова явно никак не связывались. — Я, девочка, не обязан, а хочу их догнать. И догоню, тысяча чертей! — он закрутил штурвал. — Вот только какого рожна их понесло назад к Эспаньоле?.. — Пролив! — напомнил Касуга. — Они пойдут на север, я уверен! Корабль лег на нужный, безумно нужный Сацуки курс. Но они продолжали удаляться, и Момои чувствовала эту странную душевную муку. Не в силах стоять на месте, Сацуки неуверенно двинулся вперед и вскоре оказался возле бушприта. — В море только не прыгай! — посоветовал ей Тецу и кисло усмехнулся. — Корабль не обгонишь. — Они уходят от нас все дальше… — беспомощно пролепетала Момои. — Все дальше. — Наверное. Однако ветер крепчает! — Тецу по-матросски лихо сплюну далеко за борт и проследил за судьбой плевка на поверхности воды. — Мы неплохо разгоняемся, Момо. Так значит, с помощью какой-то штучки ты обзавелся глазами цвета ночного неба и теперь видишь ими, где сейчас Араки с Алекс? — Да! То есть нет… — Момои едва вспомнила, о чем ее предупреждал Касуга. — Теперь я знаю, где находится клад, за которым спешит Тацуми, и могу отвести туда «Каравеллу» без карты! — Тебе и компас не нужен, как я погляжу! Интересно лишь, отчего Касуга сам этим не занялся? — Оттого, что это невозможно. И давай поговорим об этом в другой раз! — Касуга встал рядом с ними. — Все же «Леона» очень быстроходна, и гнаться за ней придется долго. И починка продолжается… Капитан вечером будет говорить с командой о новом «охотничьем соглашении». Но тебе, сацуки, там присутствовать не обязательно. Я сам позабочусь, чтобы ты получила свою долю. Иди-ка в каюту и приляг — у тебя не слишком здоровый вид. — Новое «охотничье соглашение»? — Тецу даже присвистнул. — Похоже, Сейджуро не знает, куда плывет, и хочет заранее подстраховаться! Касуга увел Сацуки с носа корабля и вернул в каюту. Это было трудно, но Момои и сама понимала, что торчать у бушприта все плавание — невозможно. Да и легче ей там не становилось. Больная Алекс и Араки, которая могла поведать о поместье, по-прежнему удалялись. Зато их брат был чрезвычайно доволен. — Ветер крепчает, Сацуки! И я уверен, что не ослабнет до тех пор, пока мы не достигнем цели! Прости, я должен тебя оставить. Если не возражаешь, пришлю Кисэ — пусть он присмотрит за тобой. — Нет, лучше Тецу! Когда за англичанином закрылась дверь, Момои подошла к зеркалу. Вид у нее и правда был, как у больной лихорадкой. Глаза ввалились, сама девушка будто высохла, от напряжения в шее чуть тряслась голова. Она чувствовала, что как только снимет с шеи рыбу, ей станет легче. Но тогда она потеряла бы эту могучую связь с женщинами, перестала бы их чувствовать… Опустившись на койку Кикоро, Сацуки попыталась сосредоточиться, но не смогла — все ее мысли были очень далеко. Пришел Тецу, попробовал разузнать что-нибудь, и Момои выложила ему все, что узнала от Касцги, затем попросила его не надоедать и легла, уставившись в потолок. Так время тянулось до вечера, и Сацуки постоянно чувствовала, как все дальше и дальше от нее уходитят Араки с Алекс. Ниточка, тянувшаяся к ним, становилась все тоньше, все болезненнее, но оборваться не могла. Потом пришли Кикоро и Лао, забрали свои вещи, что-то ворча про «оборзевших мартышек» — капитан Сейджуро приказал оставить за ней и Тецу всю каюту. Ночью девушка не спала, а лишь время от времени впадал в нездоровую, полную смутных кошмаров дремоту. В один из таких припадков, делавших ее только слабее, Сацуки увидела Черного. — Хоть и не русалка, а рыба, у тебя — это хорошо! — сказал он. — Это самое главное. Теперь мы сможем обо всем поговорить. — Я не хочу разговаривать! Я хочу увидеть Араки, что бы узнать все о поместье, даже если это будет стоить мне жизни, вот и все. Уходи. — Тебе так плохо оттого, что цель удаляется, — человек в балахоне присел рядом и Момои а понимать, спит она или бодрствует. Веселое посапывание Тецу с соседней койки Сацуки тоже прекрасно слышала. — Рыба с русалкой ведут ваш корабль к цели, и если бы этой целью был, скажем, далекий остров, то с каждой милей ты становилась бы сильнее. Но ты следуешь за женщиной, которая убегает… Что ж, пусть так. Главное, помни: когда ваш корабль начнет нагонять их, тебе полегчает. А до тех пор держись. — Когда, когда я ее увижу? Сколько мне ждать, пока хотя бы парус не покажется?! — почти закричала Момои. — Вы встретитесь нескоро и очень далеко отсюда, — уверенно сказал Черный. — Потому что твоя истинная цель не женщина, а остров, покрытый дубовым лесом. Там, где Дьявол сторожит Демоническую Башню, ты поймешь свое предназначение… — Уходи! — взмолилась Сацуки. — Уходи, я не хочу слушать о дьяволах и демонах, я и так вот-вот сойду с ума! Вместо ответа он вдруг быстро протянул свою черную руку и ухватил холодными пальцами цепочку на ее шее. Миг — и фигурка рыбы закачалась над ее грудью, не касаясь кожи. Момои хотела схватить ее, но вдруг почувствовала, как чудовищная тяжесть отпустила девушку. Сразу захотелось спать. — Нет, не спи! — приказал человек в балахоне. — Часто так делать нельзя — ветер ослабнет, и Араки уплывет еще дальше. Но иногда можешь понемногу отдыхать. Попроси Тецу, чтобы он следил за тобой. Он твой парень, он поможет. Но не спи! Послушай меня еще немного. Рыба, как и русалка, направляет все стихии на пользу тебе, чтобы… — Кто ты? — это Момои должна была выяснить с самого начала. — Кто ты такой? Человек, демон, морской черт? Что случится, если я тебя перекрещу? — Ничего не случится, можешь попробовать, — Черный не испугался, и Сацуки стало спокойнее. — А кто я… Ну, пусть я буду человек. Может быть, все люди когда-нибудь станут такими, как я. А может быть, они были такими когда-то давно, до начала времен. И есть ли разница? Тебе важно знать одно: есть сила, которая стремится помочь твоей родине — я имею в виду всю Японию, Сацуки. — У нас Аймар, война… — припомнила Момои. Происходящее за океаном стало таким далеким. — Что-то вы нам плохо помогаете. — Может быть, если есть те, кто помогает, то есть и те, кто мешает? — предположил Черный и усмехнулся. — Да и откуда тебе знать, кто мешает, а кто помогает Японии? Может быть, Аймар — спасение? Путь к тому, чтобы Япония стала абсолютной владычицей морей, открыла новые страны, целые континенты раньше, чем это сделали бы другие? Наша помощь неоценима. Помощь, которая приходит через волшебные предметы. Главное, чтобы они попали в нужные руки. Рыба когда-то принадлежала португальцам. Но Португалия оказалась неверным выбором. Тогда мы постарались, чтобы рыба и некоторые другие предметы оказались в Испании. Эта страна тогда никому не казалась заслуживающей внимания. Но мы выбрали ее для важной миссии, и все изменилось. — Черный покачал рыбой. — Все это похоже на сказку? Но что заставило Магеллана, не взирая ни на какие трудности, идти и идти вперед? — Магеллан погиб! — Момои все-таки умела поспорить. — И погибли многие другие. Не похоже, чтобы рыба сильно ему помогала… — Потому что есть и другие силы! — Черный снова покачал рыбой. — Магеллан потерял его, и прошло время, прежде чем предмет нашелся. Ему мешали враги. Но вокруг тебя их сейчас нет. Араки уже давно потеряла свою рыбу. И «Каравелла» будет мчаться к цели день и ночь, и команда не станет бунтовать, и ни один враг не встанет на пути. Плыви смело, Сацуки, но не забывай иногда отдыхать. Фигурка упала девушке на грудь, и она почувствовала знакомое покалывание. — Но зачем мне идти к Демонической Башне?! — успела спросить Сацуки, когда Черный уже почти истаял. — Мы еще поговорим об этом. И все вернулось. За время их разговора «Леона» опередила «Каравеллу» еще на милю. Момои не знала, в самом ли деле говорила с черным человеком в балахоне, но одно уяснила: она обязательно должна понемногу отдыхать, иначе просто не выдержит. Утром Сацуки сняла фигурку и попросила Тецу разбудить ее через четверть часа. Когда срок давно прошел, а ветер стих и начал менять направление, обеспокоенный Касуга прибежал к ним в каюту и застал Куроко, который тоже снял свою фигурку и убрал в ящик, за безуспешными попытками заставить Момои открыть глаза — так девушка вымоталась за ночь. Англичанин отшвырнул от девушки беднягу, отыскал рыбу под подушкой и вложил ей в руку. Спустя секунду Сацуки проснулась, и «Каравелла» снова набрала полные паруса попутного ветра. Дни шли за днями. Сацуки никого не хотела видеть и не выходила из каюты, только Тецу девушка подпускала к себе и часто разговаривала с ним о сокровищах тамплиеров и о русалке с рыбо. Время от времени, чтобы поесть или поспать, девушка ненадолго снимала рыбу, а потом Тецу вешал ее Сацуки на шею обратно. Они прошли Ветренный пролив, отделявший Эспаньолу от Кубы, и устремились на север вслед за «Леоной». Ближе к Багамским островам Сацуки понемногу начало становиться легче — их бизань наконец была полностью восстановлена и «Каравелла» шла под всеми парусами. Теперь Араки понемногу начала приближаться. И, как и обещал Черный, Момои становилось легче с каждой милей! Вскоре девушка начала выходить на палубу. Хикари с Акаши, увидев Сацуки первый раз, даже испугались. — На кого ты стала похож, юная Тристанка или как прикажешь тебя называть?! Бледная, худая! — Надеюсь, скоро приду в обычное состояние! — Момои улыбнулась им и почувствовала, как больно натянулась кожа на щеках. — Мы начинаем догонять их. — Пора бы! — фыркнула Хикари. — Мне эта гонка порядком надоела. Ветер такой, что можно к парусам вообще не притрагиваться. А вся команда будто с ума посходила: только и говорят о несметных сокровищах Морского Дьявола, о которых мой папаша сочинил для них целую поэму! И Касуга, конечно, не отстает. Это странно — обычно моряки побаиваются таких легенд. — Но теперь-то, я думаю, все готовы идти до конца? — спросила Момои, довольно поглаживая рыбу сквозь одежду. — Да… — Акаши с подозрением прищурился. — Что вы с Касугой затеяли, а, госпожа Момои Сацуки? Во что втянули моего отца и Тецу впридачу? — Мы плывем за сокровищами! Обычное пиратское занятие, разве нет? — И все равно мне это не нравится. Вы все лжете, но, похоже, на «Каравелле» это понимаем только мы с сестрой. Что ж… Тогда скорее бы мы достигли цели — где-то к западу, совсем уже рядом, Новый Амстердам. — Новый Амстердам? — Сацуки все еще не слишком разбиралась в географии Нового Света. — Но где это? — Я же сказал: к западу! — фыркнул Акаши. — Голландская колония на побережье, говорят — настоящий город, как в Европе. Я предложил отцу устроить там небольшой переполох, но он, конечно, и слушать не хочет! Даже стыдить меня взялся: мы, мол, тоже голландцы. А когда грабил голландские суда, представь, патриотом не был! Но я это все говорю только к тому, что мы забрались уже так далеко на север, что скоро, наверное, айсберги увидим. — А Новая Шотландия? — вспомнила Сацуки рассказы дяди Лао. — Это тоже где-то здесь? — Где-то здесь! — передразнила девушку Хикари. — Только еще севернее. Надеюсь, ты туда не собираешься — дикие края, там индейцев больше, чем белых. А белые, наверное, все бандиты не хуже охотников нашего милого Касуги. И все такие же нищие. Момои поняла, что именно последний пункт отваживал Хикари от посещения Новой Шотландии. И все же лни приближались к ней с каждым днем — несколько быстрее, чем приближались к Араки. Сацуки чувствовала: «Леона» совсем рядом, и лишь быстроходность корабля не позволяет им ее нагнать. И все же каждый день, с утра до вечера Момои ждала крика марсового. — Может быть, все дело в свойствах рыбы и русалки, — сказал ей как-то раз рассудительный Касуга. Он уже знал, что девушка все рассказала Тецу, и Куроко теперь тоже присутсвовал при их разговорах— Видишь ли, Сацуки, Рыба с русалкой притягивают попутный ветер. Пока мы были далеко, «Леоны» это не касалось. Но теперь, боюсь, он дует и в ее паруса. Ничего страшного — у них ведь есть цель, и когда они причалят, мы быстро их настигнем. — Но какая цель? — забеспокоилась Момои. — Вы говорили, что они могли нарисовать для Тацуи какие-нибудь фальшивые карты? Что будет с ними, когда этот мерзавец раскроет обман? — Думаю, он ничего не успеет сделать — ведь если я прав, мы совсем рядом! — обнадежил ее англичанин. — Ну, а куда они его ведут… Что-то мне подсказывает, что мы об этом скоро узнаем. Потерпи еще немного. Спустя еще пару дней Момои с Тецу уже не сомневались: Касуга прав. Расстояние до Араки не увеличивалось и не сокращалось. Выходило, что прав и Черный, являвшийся Сацуки то ли во сне, то ли в бреду. Встреча состоится на острове, поросшем дубами. Вскоре им пришлось чаще давать указания Сейджуро: Тацуя сменил курс и приблизился к побережью. — Канада! — ворчал капитан. — На моих картах нет этой чертовой Канады! — А мне говорили — тут Новая Шотландия, — осмелилась заметить Сацуки. — Какая разница?! — вскипел Сейджуро. — Как эту холодную задницу не назови, все равно она останется холодной задницей! Касуга, если он пойдет вверх по реке, дело плохо. Уже осень, значит — гарантирована зимовка. Отправлю тебя в снежный лес, лосей бить! — Думаю, ты не прав! — уверенно сказал Касуга. — Тацуя и его парни боятся зимовки еще больше, чем мы. Говорю тебе: мы у цели! И охотник снова угадал. Они прошли мимо нескольких островов, и, наконец, как-то утром увидели мачты. Спустя час они уже осторожно входили в бухту, где стала на якорь «Леона». Сейджуро, к ужасу Сацуки, приказал открыть пушечные порты и изготовиться к бою, но на грот-мачту корабля Тацуи взвился белый флаг. Они подошли еще ближе и спустили шлюпки. — Где они? — подошел к Тецу и Момои Касуга, держа в руках любимое ружье. — Вы чувствуете? Они рядом? — Они недалеко, — признались подростки. — Но не на корабле. Араки с Алекс в том направлении, где-то в лесу. — Капитан? — Касуга крутнулся на каблуках. — Надо отправить экспедицию, немедленно! — Я сам знаю, чего мне надо! — одернул его Сейджуро. — Идем к «Леоне», и если Тацуя там — я его вздерну! А если нет, будем искать в лесу. Главное, захватить корабль, тогда ни Тацуя, ни твои Алекс с Араки никуда не денутся с этого чертова острова. Они высадились неподалеку от «Леоны», но так, чтобы их пушки не могли нас достать. Канонирам на «Каравелле» капитан отдал строгий приказ: если команда попробует хотя бы только выбрать якоря, разнести корабль Тацуи на куски. Но Сацуки не сомневалась, что Тацуи на судне нет — если Араки ушла в этот дикий, мрачный северный лес, то и он тоже. Рыба звала ее немедленно отправиться на их поиски, и Момои умоляюще посмотрела на Касугу. — Отдай мне фигурку, Сацуки! — Касуга протянул руку. — Ведь она тебе больше не нужна. — Подождите, господин Касуга! — путь ему прегладил Куроко. — А вдруг на этом острове есть пещеры или он больше, чем кажется? С рыбой Момо всегда сможет найти ваших сестер, и лучше бы сделать это сразу, пока с ними что-нибудь не случилось! — Ты прав, тысяча чертей! — Касуга оглянулся на Сейджуро, не спеша шагающего к «Леоне» во главе вооруженного до зубов десанта. — Но у меня договор с капитаном, а старик не любит, когда договор нарушается. Придется немного потерпеть. Момои, скрипнув зубами от злости, полезла за пазуху — оторвать рыбу от кожи, получить отдых. Но рядом оказались Хикари с Акаши, которым отец, вообще-то, приказал оставаться на борту. — Послушная малышка Сацуки! — с издевкой сказала Хикари. — Дай-ка лучше мне эту «рыбу», если я верно расслышала Касугу. И я сама посмотрю, что такого интересного в дубовом лесу. А Кисэ составит мне с братом компанию. — Ваш отец жутко рассердится… — Рета, словно верный оруженосец, держал на каждом плече по мушкету. — Ты тоже боишься? — Хикари бросила на Сацуки короткий взгляд, поняла, что рыбу девушка не отдаст, и они с Акаши пошли к лесу, на ходу вытаскивая из-за пояса пистолет. — Ладно, одна с братиком погуляю. Нужно ли уточнять, что Момои с Тецу и Кисэ, переглянувшись, двинулись следом? Как раз в этот момент команда «Леоны» в полном составе попрыгала прямо через борт и отправилась сдаваться Сейджуро. Тацуя, конечно же, ушел вместе с Араки и Алекс, прихватив с собой лишь несколько человек. Минута, и компания оказалась под кронами могучих деревьев, встречу с которыми предрекал Сацуки Черный. Момои с Тецу вышли вперед — рыба с русалкой лучше всякого компаса указывали им на Араки. — Что за сокровища могут быть в такой дали? — беспечно болтала Хикари. — Нет пиратов настолько сумасшедших, чтобы тащить их сюда! Хороший тайник всегда где-то неподалеку, так удобнее. Но, раз уж мы здесь, надо придумать острову какое-нибудь название. Рета, как бы ты его назвал? — Ну… — Кисэ оглянулся и пожал придавленными мушкетами плечами. — Остров Дубовый. — Ну и фантазия у вас, мистер Рета! — захихикала Хикари. — Впрочем, пусть будет Дубовый, раз уж вы так любите дубы. Тут, наверное, и правда, ничего кроме дубов нет. |
Суббота, 25.04.2015, 22:38#28
Глава 13 Перемещение во времени Алекс с Араки и Тацуя не успели уйти от берега далеко — за четверть часа Момои с Тецу уверенно вывели их маленький отряд прямо на них. И едва заслышав звонкий и сердитый голос той, которую так желала увидеть, Сацуки сообразила, что глаза у нее цвета ночного неба. Увидев их, Алекс решит, что это она украла ее талисман! Девушку стало стыдно и она сорвала с шеи цепочку, чтобы тут же спрятать фигурку в карман. На миг у нее закружилась голова, Сацуки остановилась, и почувствовала, как ее схватила за плечо Хикари. — Тише! — прошептала она ей в ухо. — Не торопись, давай послушаем! Кисэ, сделав еще шаг, присел и осторожно отвел в сторону ветвь кустарника. Перед ними оказалась крошечная поляна, в центре которой находился колодец с очень невысокими каменными бортами. Прямо на толстой ветви могучего дуба был закреплен блок, который, надо полагать, пираты принесли с собой, а на блоке — тонкая цепь. Рядом с колодцем стояли Тацуя и двое его людей, все с пистолетами наготове, а напротив них Араки с Алекс, мокрые с головы до ног, жалкие и едва не плачущие. Если бы рыба все еще касалась кожи Момои, она кинулась бы к носительнице информации о поместье, но теперь смогла сдержаться. — Какого дьявола?! — хрипло выкрикнул Тацуя. — Где мои парни?! — Говорю тебе: там кто-то есть! Не опускайте цепь, тварь выскочит и убьет нас! — кричала Араки. Тацуми задумался, но один из пиратов решительно шагнул к колодцу. — Мы так дела не делаем, капитан! Я сам слышал, как Лин кричал — он жив! Тацуя кивнул и пират опустил цепь. Обежав колодец, женщины оказалась за спиной капитана, положили руки ему на плечи и что-то зашептали в ухо. Он лишь с досадой дернул плечом. — После всего, что случилось, не знаю, как мы скажем ребятам, что сокровищ не нашли! — продолжал ворчать тот пират, что заступился за товарищей. — Чертовщины и так уже хватает! И тут он отшатнулся, после чего даже до маленького отряда донесся жуткий, усиленный шахтой колодца звук, похожий на частое клацанье зубами. Цепь мгновенно натянулась, словно на ней повис кто-то тяжелый. — Лин! — закричал пират, прицелившись в колодец. — Лин, ответь, если ты жив! В ответ ему из колодца вылетели какие-то лохмотья… Лишь когда они упали на траву, все поняли, что это куски разорванного в клочья человека. Пират закричал и выстрелил вниз. — Отвяжите цепь! — Тацуя попятился от страшного колодца. — Быстрее! Второй пират кинулся к дубу, вокруг которого они ее обмотали, но времени не хватило. То ли рука, то ли лапа, необычайно длинная, и от того показавшаяся Момои тонкой, высунулась из колодца, и в тот же миг тот пират, что все еще стоял рядом, исчез. Сацуки заметила лишь, как его ноги мелькнули над колодцем, настолько быстро все произошло. Снизу послышался его истошный, нечеловеческий крик, затем наступила тишина. Пытавшийся освободить закрепленный конец цепи пират бросил свое занятие, упал на колени и принялся молиться. — Проклятье! — Тацуя вытащил женщин из-за спины и поставил перед собой. — Или вы объясните мне, что происходит, чертовки, или я сброшу вас вниз! Алекс с Араки испуганно оглянулись и вскрикнули — из колодца снова полетели свежие, окровавленные человеческие останки. — Мы с кузиной не знали! — Масако попыталась вырваться, но Иацуми держал крепко. — Мы не знали об этой твари, Касуга нам ничего не говорил! Мы спустились вниз и футах в двадцати нашли боковой ход, над самой водой! Он был закрыт, но Ключ, хоть и с какой-то неохотой, открыл дверцу, как и было обещано. Чин прополз в ход, но он понижался, и футов через двадцать оказался затоплен. Он успел вернуться и сказать нам об этом, но тут его сзади схватил этот дьявол, и мы полезли вверх… — Лазаете вы как кошки! — хмыкнул дрожащий от страха и бешенства Тацуя. — Вот только Лин старый моряк — как так вышло, что вы выбрались, а он не успел?! — Он пропустил нас вперед, как дам… Пусти же, мне больно! Тацуя расхохотался и обернулся к молящемуся пирату. — Ты слышал, амиго? Лин пропустил вперед дам! Да перестань молиться, уже ясно, что тварь или боится наших пуль, или боится солнечного света. — Скорее света! — Хикари шагнула на поляну и Акаши с Момои и парнями последовали за ней. — Не делай глупостей, Тацуя, у тебя и так дела не в порядке. А тварь из колодца вряд ли боится твоего пистолета — уж слишком быстра… Тацуя, прицелившийся было в нее, опустил оружие. По глазам пирата было видно, что он лихорадочно соображает. — Ага, значит, и Сейджуро здесь… Наверное, зол на меня, как толстый бородатый черт, да? Но каким образом, разорви меня акулы, вы нас нашли? Чертовки, вы меня обманули! — Клянусь, нет! — взвизгнула Араки, когда пират едва не сломал ей руку. — Это Касуга, Касуга обманул нас всех! Акаши спокойно подошел почти к самому колодцу, но как только его тень упала за низкий бортик, снизу раздались все те же жуткие скрежещущие звуки. Отступив на шаг, Акаши покачал головой. — Должно быть, там и правда немалые сокровища, если их так охраняют! — Хватит на всех, если сможем достать, — в тон ему почти добродушно заметил Тацуя. — Ты бы попросил с сестрой отца за меня, а? Я немного оступился, но теперь готов рисковать, чтобы искупить вину. Все из-за этих европейских стерв! И скажи: Касуга с вами? Момои была потрясена. Мало того, что Тацуя отчаянно валил все на бедную душевнобольную женщину и ее кузину, так он на краю гибели еще и о наживе думает! И тут же Сацуки сообразила, что вся история, рассказанная ей Касугой, похожа на ложь. Если Алекс больна и показывала Тацуе фальшивую карту, то каким образом они все оказались здесь, перед этим сатанинским колодцем? — Ты готов искупить вину? — хмыкнула Хикари. — Хорошо. Спустись вниз и пристрели гадину! Иначе лучше тебе самому повеситься на нашей мачте, предатель! Тацуя вскинул пистолет, но Акаши с Хикари подняли свои еще раньше. Рядом с ними тут же встал Кисэ с мушкетом, еще один лежал перед Сацуки на траве. Момои потянулась было к нему, но почувствовала, как в затылок ей ткнулось холодное дуло. — Этоу я взял, капитан! Да и мальчишка с девчонкой получит свое, если прикажешь! — пират, которого девушка упустила из виду, успел зайти сзади. Из второго пистолета он целился в спину Хикари и Акаши, переводя дуло с девушки на парня и обратно. Кисэ заметался, наводя тяжелый мушкет то на Тацую, то на его подручного. — Положите оружие, козлятки! — обратился к Хикари Тацуя, прикрывшись от ее пистолета бледной Алекс, притянув также и Масако. — Положите, и скажи своим друзьям, чтобы не сопротивлялись. А потом будем решать — кто полезет вниз, а кто поможет мне на переговорах с твоим отцом. Все складывалось не лучшим для них образом, но не успел Тацуя договорить, как грянул выстрел. Холод у затылка Момои исчез и, оглянувшись, девушка увидела падающего пирата. Меткий выстрел пробил ему висок. Сацуки завертела головой в поисках своего спасителя и не слишком удивилась, увидев Тецу, рядом с ним стоял Касуга. Англичанин, широко улыбаясь, держал в одной руке дымящееся ружье, в другой — пистолет со взведенным курком. А Куроко спросил: — Как ты, Момо? Частенько в последний миг пальцы у умирающего дергаются, будто при конвульсии. Никто не смеет напралять дуло пистолета на мою девушку! — Я сдаюсь! — Тацуя отпустил женщин и бросил в траву оружие. — А ты все также появляешься из ниоткуда, Куроша. И Касугу успел позвать. — Конечно! И я… — шагнувший к колодцу Касуга наступил на кусок человеческой плоти и поморщился. — Удивительно! Араки с Алекс успели искупаться, но остались живы! Как водичка, милые? — Соленая, милый, — мрачно ответила Алекс. — Вы пришли одни? — Конечно, нет! Просто я охотник, и бегаю быстрее моряков, а Куроша сам по себе маленький и шустрый, — англичанин ногой отшвырнул пистолет Тацуи подальше. — Я успел услышать, что Акаши предложил дельную вещь, дружище! Отчего бы тебе не спуститься вниз? Это лучше, чем остаться без головы, которой Сейджуро украсит свою грот-мачту. Впрочем… — на глаза Касуге попалась голова, выброшенная неведомой тварью из колодца. — О-ла-ла! Одно другому не мешает! — Касуга, я готов рискнуть, но не идти на верную смерть! — Тацуя сложил руки на груди. — Сбрось лучше туда этих двух чертовок. От них теперь мало толку… Только надо забрать у них Ключ. — А вот это верно! — Касуга протянул ладонь, и Алекс покорно вложила в нее уже известный Момои ключ. — Что ж, все вышло как нельзя лучше. А теперь, милые Алекс, Араки, отправляйтесь в ад! — Не смей! Если Сацуки не выстрелила в Касугу сразу, то только потому, что минуту назад он спас их. Но если бы англичанин только попытался притронуться к Араки, Момои спустила бы курок. Он понял это и отступил на шаг. — Прежде всего, — продолжила девушка, — хочу узнать правду! Ты ведь лгал мне, так? Это подло! Отвечай или я выстрелю! — Я сейчас заплачу… — фальшиво простонала Хикари и уже вполне искренне рассмеялась. — Сацуки, ты только что поняла, что тебе лгали?! Это обычное дело, мы пираты! Оставь Касугу в покое или я сама разнесу тебе голову. Хватит в него целиться, тем более я слышу, как через лес ломится какой-то слон. Держу пари на все сокровища всех демонов, что это мой папаша! Действительно, пираты, не умевшие ходить так неслышно, как охотник и Тецу, приближались. Момои предпочла опустить пистолет и Касуга недобро подмигнул мне. Спустя минуту поляну заполонил целый отряд. Вместе с капитаном Сейджуро сюда явились и Лао, и Кикоро, и еще два десятка пиратов. Хикари с Акаши вкратце объяснили отцу, что произошло на поляне в его отсутствие, и тот, приказав схватить Тацую, осторожно приблизился к колодцу. Дьявол встретил его злобным скрежетанием. — Тысяча чертей! Да там и правда какой-то дьявол! — захохотал Сейджуро. — Это мне нравится! Но что делать дальше? Касуга, ты только что говорил, что этот Ключ усмиряет Дьявола Подземелья, разве не так? Почему тогда они не смогли войти? Англичанин помрачнел и ничего не ответил, разглядывая Ключ. — Может быть, потому что там кое-чего не хватает? Дай-ка мне, Касуга! — Хикари вытащила из кармана какой-то красный стерженек, как Сацуки показалось, стеклянный, и попыталась вставить его куда-то в колдовской механизм Ключа. — Когда последний раз держала эту штуку в руках, как-то случайно вытащила… Ну и решила припрятать — на всякий случай. — Ах ты дрянь! — Алекс с Араки словно фурии кинулись на нее, но Лао ловко схватил их за волосы. — Ты чуть не убила нас! — Жаль, что только «чуть»! — Сейджуро обнял дочь, аоторая все еще пыталась вставить стержень в Ключ. — Моя девочка! — Это не тот Ключ, вот и не сработал, — подал голос Тецу, показывая всем точную копию того ключа, в который пыталась вставить стержнь Хикари. Он подошел к ней выхватил его и ловко вставил в колдовской механизм золотого Ключа. — Мой отец был знаком с тем испанцем. Он рассказал моему отцу все, что знал сам и даже показывал Ключ. Папа в тончайших подробностях описал Ключ мне. И именно его я схватил, когда мы делили награбленное у Ханамии. — Что ж, теперь, Тацуя, у тебя есть шанс проверить: работает ли Ключ. — захохотал Сейджуро, потрепав Куроко по голове. — Я лучше умру здесь, — спокойно ответил пират. — Не хочется быть разорванным на куски заживо. Лучше повесь меня на рее. Или, если Касуга не врет, тебе нужна моя голова на грот-мачту? Забирай — и это лучше мясорубки в колодце! — А я тебе обещаю, что если останешься жив — прощу! — Сейджуро пребывал в прекрасном расположении духа. — А не пойдешь — повесим на этом дубе, и отправим вниз твоих подружек Алекс и Араки! — У них в голове вся схема Подземелья! — напомнил Касуга. — И тебе ее оттуда не достать! — хрипло рассмеялась Араки. — А будете пытать — мы нарисуем вам такой план, что живым не выйдет никто! Так что возьмете нас с собой, вниз. — Постой! — запротестовал Касуга. — А если вы погибнете — как нам выйти? — Придется тебе нас беречь! — Заткнитесь! — проревел Сейджуро. — Хорошо, мы возьмем их, а попробуют снова обмануть, а их разделаю не хуже Дьявола, только медленно. Тацуя! Ты идешь, или вязать петлю? Криво усмехнувшись, Тацуя взял у Куроко Ключ и медленно подошел к колодцу. Потом заглянул вниз, выставив перед собой Ключ, словно щит. Снизу не донеслось ни звука. Тогда бывший капитан сел на край, зажал в зубах длинный кортик и начал спуск по цепи. — Спустите ему на веревке лампу! — приказал Сейджуро. Кикоро исполнил приказание и скоро все, столпившись вокруг зловещего колодца, могли видеть, что Тацуя добрался до самой воды. — Тут все стены в крови и кишках! — выкрикнул он. — Но вроде никого нет. Вижу боковой ход! Только он не над самой водой, как говорили женщины, а почти на фут выше! — Конечно выше! Отлив уже час как начался! — фыркнула Хикари и пояснила удивленному отцу: — В колодце соленая вода — значит, он сообщается с морем. — Интересно, кому бы мог понадобиться такой колодец?.. — Сейджуро слегка пнул кладку. — Держу пари, что не людям! Что ж, раз ход открыт только во время отлива, нечего время терять — нам еще клад вытаскивать! Разматывайте лестницы, зажигайте лампы и вперед! А вы, дети мои, останетесь здесь — уж прости, но… Договорить он не успел, потому что Хикари с Акаши, помахав отцу шляпами, спрыгнули в широкий колодец, едва не угодив прямо на голову Тацуми. — Мои детишки! — опять умилился Сейджуро и схватился за цепь. — Оставьте здесь четверых! Многие матросы не спешили в подземелье Дьявола, поэтому никто не возражал, когда и Момои с Тецу и Кисэ спустились в колодец. Отлив и правда сделал свое дело: боковой ход, примерно двух футов в диаметре, сперва шел вниз, а потом снова поднимался. Во время прилива морская вода каким-то образом затапливала его, но теперь понемногу уходила. Ползший первым Тацуя исхитрился даже сохранить огонь в лампе, и вскоре передал, что попал в какой-то зал. Следом там же оказались и Хикари с Акаши, а вот обладавший толстенным животом Сейджуро сильно замедлил их продвижение. Тем не менее, спустя каких-нибудь полчаса, и Момои оказалась в зале. Надо сказать, что боковой ход был выстлан какой-то прочной, плотно пригнанной друг к другу плиткой. Стены, пол и потолок зала были сложены из крупных то ли камней, то ли кирпичей, и тоже весьма искусно. Зал имел примерно сто футов в длину и ширину, а расстояние до потолка было примерно футов в десять. В свете ламп подземное сооружение выглядело зловещим, даже при том, что оказалось абсолютно пустым. Сацуки показалось, что она попала в какую-то страшную сказку. — Ну, и где сокровища? — спросил, осмотревшись, Кикоро, который приполз последним. — Похоже на какое-то индейское капище. Только почему под землей? — Помолчи! — приказал Сейджуро. В руках он крутил Ключ, который успел отобрать у Тацуи. — Отсюда три хода, видишь? Эй, кузины, пора говорить, куда нам идти. — Правый ход, — спокойно сказала Араки, задумчиво ощупывая кирпичи. — Ты бы, капитан, лучше за Касугой приглядывал, а не за нами. Теперь от него пора ждать сюрпризов. Он ведь так не любит делиться, верно, милый? — Испанец говорил, что сокровища прямо у входа… — растерянно пробормотал Касуга. — Разве что есть другой вход… Но это могут знать только мои кузины, я не видел плана. — Не время препираться! — Сейджуро поднялся и первым пошел дальше. — Мы должны все здесь обыскать до прилива! Когда они покинули зал, Момои присмотрелась к полу. Ей с самого начала показалось, что в пыли есть какие-то отпечатки. И теперь, под их беспорядочными следами, она четко разглядела шесть больших прямоугольников. Сердце ее тревожно екнуло: больше всего это походило на отпечатки сундуков или ящиков, которые стояли здесь некогда, но давно перенесены. Решив никого не посвящать в свои невеселые подозрения, Момои поспешила за остальными. На этот раз им трижды пришлось спускаться по высоким ступеням, сперва сложенным из дикого камня, а потом просто вырубленным в скале. Такими же стали и стены хода. Сейджуро ругался на чем свет стоит: выходило, что они уже ниже уровня моря. Араки лишь пожимала плечами — по ее словам, на карте «сокровище» было обозначено именно там, куда она их вела, Алекс предпочитала молчать и плестись следом за ней. Компания шла уже около часа, и им наконец стало казаться, что Дьявол запутал их и каким-то образом водит кругами. Однако идущий впереди Сейджуро вдруг перестал чертыхаться, и все поняли, что они достигли цели. Это оказалась пещера. Размеров ее Сацуки толком оценить не могла, но она была поистине огромна. Где-то далеко капала вода, но больше всего их поразил огонь, вырывавшийся прямо из-под земли. Настоящий огненный колодец! Что за демоны могли черпать и пить из него? Пламя было каким-то призрачным, будто холодным, но многие из пиратов решили, что увидели врата ада. — Тысяча чертей! — Сейджуро поставил лампу и, с саблей в одной руке и пистолетом в другой, пошел к пламени. — Что ж, если нам придется спуститься за золотом в Преисподнюю — так это даже весело! Верно, ребята? Увы, за ним последовали лишь Хикари и Акаши и, чуть помедлив, верные Тецу и Кисэ. Старик Лао шагнул было следом, но вдруг остановился. — Там, подальше… Капитан, там какая-то башня! — Демоническая Башня, — холодно проговорила Араки. — Она упоминалась в документах тамплиеров. Якобы она ушла под землю еще в древние времена, после землетрясения. Может быть, золото там? Кто проверит? — Ты и проверишь! — Касуга схватил Араки за руку и потащил к башне. — Тут надо все обыскать! Момои обернулась к огненному колодцу. С подростками все было в порядке, только Сейджуро дул на руку, будто обжег ее. Поспешив за Араки, к которой девушку все же продолжало тянуть, ведь Масако может рассказать о поместье, Момои оказалась у входа в башню. Это сооружение не было высоким, да и вообще ничем не поражало воображение. Безусловно, она была очень древней, но обтесанные камни, из которых она была сложена, оставались просто камнями. Немного освоившись в пещере и поняв, что огонь имеет, скорее всего, какое-то природное происхождение, пираты осмелели и многие пошли вслед за ними. В башне имелся вход — простой четырехугольный проем в стене. Они с некоторой опаской вошли, и не обнаружили на первом этаже ровным счетом ничего. Но когда поднялись по каменной лестнице на второй, последний этаж… Здесь их и ждал Дьявол. Нет, он не кинулся на них, хотя Ключ остался внизу, у Сейджуро. Но сам его вид… Мне будет трудно его описать. Про все придется говорить «вроде бы». Он был вроде бы высоким, около десяти футов ростом, вроде бы покрытым серой шерстью, вроде бы имел вытянутый вверх и назад лысый череп… Он постоянно менялся! Так, будто все части тела Дьвола по очереди ненадолго исчезали и тут же появлялись уже немного в другом положении. Увы, точнее я описать не могу. У него были острые, как у рыбы, крупные зубы. Момои показалось, что они росли в несколько рядов, но это могло быть лишь иллюзией. За ним, у дальней стены, виднелись какие-то то ли зеркала, то ли вытянутые кристаллы — Сацуки не смогла разглядеть точнее из-за полутьмы и изменчивой фигуры существа. Дьявол, сгорбившись, сидел перед каким-то каменным кругом, немного выступавшим над уровнем пола, и не повернул головы, когда они вошли. Алекс попятилась и, прижавшись к Сацуки спиной, на ощупь нашла ее руку. Момои потянула женщину назад, заслонив собой. Все-таки носительницу информации нужно охранять. А Алекс стояла столбом. Касуга, вытянув руку, целился в Дьявола из пистолета и, казалось, не знал что делать дальше. Свет от пламени колодца проникал в башню через окно, они хорошо видели и в то же время толком не могли разглядеть Дьявола. — Позовите Хозяина Ключа! — сказал он, одновременно издавая зубами жуткий, скрежещущий звук. — Или я убью вас. — Капитан! — закричала Алекс. — Капитан, скорее сюда! — Да здесь я уже! Нашли золото?! — распихав их локтями, запыхавшийся Сейджуро вошел и ахнул. — Раздери меня морской дьявол! Ты кто?! — Я — Сторож Подземелья. Зачем вы приплыли на мой остров, зачем вы пришли сюда? — Да не твое дело! — капитан робеть не собирался. — А впрочем, мы пришли за золотом! Где оно? — Здесь было золото… — прошипел Дьявол, все так же не поворачивая уродливой головы. — Но те, кто его принес, вернулись и унесли его. — Куда, черт возьми?! — Они воспользовались Переместителем, — Дьявол указал когтистой лапой на каменный круг перед собой. — Я не знаю, куда они ушли. Но если ты истинный Хозяин Ключа, ты все узнаешь сам. — Переместитель! — Касуга схватил Сейджуро за руку. — Капитан, дай мне Ключ! Сейджуро, хмурясь, отдал Ключ англичанину и тот, схватив его, зажмурился. Момои уже знала, что сейчас изделие древних мастеров рассказывает Касугу все свои тайны. Это было крайне опасно, но что Сацуки могла поделать? Оставалось только довериться охотнику. — Ну, что ты молчишь? — не выдержал Сейджуро. — Команда устроит бунт, если мы вернемся без золота! — Я знаю дорогу к золоту! — будто с трудом выговорил Касуга. — О, теперь я знаю… Он подошел прямо к Дьяволу, присел напротив него и положил Ключ на каменный круг. Формы древних предметов, насколько Сцуки могла судить, полностью совпали. Затем Касуга что-то прошептал, обращаясь то ли к Дьяволу, то ли к самому Переместителю, и сдвинул на Ключе какой-то рычажок. Секунду ничего не происходило, потом что-то громко щелкнуло в Ключе. И Дьявол исчез, будто его и не было. — Да что происходит?! — вскипел Сейджуро, поднимая пистолет и взводя курок. — Отвечай или я пристрелю тебя прямо здесь! — Подожди, папа, — попросила Хикари. — А то пальнешь раньше, чем он ответит. Ангичанин осторожно вынул Ключ из каменного круга и встал. — Я перенес нас во времени. Вместе с кораблями и командой. Все, что не принадлежит острову, перенеслось во времени. Испанец говорил мне об этом, упоминал Переместитель… Это правда! Только они попали в будущее и не выдержали наших разрывных ядер. А мы перенеслись в прошлое. Я не знаю, где сокровища тамплиеров, капитан! У них был, наверное, другой Ключ. Но золота у нас будет в избытке! — Что он мелет? — спросил Сейджуро у детей. — Если вы тоже не поняли, то я стреляю. — Без меня вам не вернуться в свое время! — быстро напомнил Касуга. — Застрянете в этом навсегда! Момои подумалось, что будь у нее фигурка лешего, которую охотник носил на шее, то и она сумела бы разобраться в секретах Ключа. Похоже, о том же подумала и Араки, потому что ее пальцы на руке девушки судорожно сжались. Но и она, и Сацуки промолчали. Сейджуро неохотно опустил пистолет. — Золота нет нигде, капитан! — раздраженно прокричал Кикоро снизу. — Мы обыскали всю эту дьяволову пещеру, она пуста! — Возвращаемся! — проревел в ответ Сейджуро. — Поднимемся и посмотрим, куда ты нас закинул. Там и решим твою судьбу, Касуга. Они покинули Демоническую Башню, чему Сацуки была чрезвычайно рада. Да и всем хотелось поскорее на свежий воздух. Вернувшись в первый зал, пираты проверили остальные два прохода, но оба они оканчивались завалами. Мрачные и уставшие, они тем же путем, через узкий лаз к колодцу, выбрались на поверхность земли. Вот тут-то их и ожидал сюрприз: борта колодца вросли в землю, а вокруг него валялись обугленные доски, будто сгорела какая-то хижина. Но самое страшное — пока они бродили по подземелью, снаружи наступила зима. Все вокруг было покрыто снегом, деревья стояли совершенно голые. При этом и цепь, и блок, пристроенный на ветвь дуба Тацуей, чтобы поднимать золото — все осталось на месте. Кисэ мыском сапога смел снег, поднял что-то с земли и присвистнул. — Что там? — заинтересовался Касуга. — Да так… — Рета бросил находку обратно. — Книжка обгоревшая, не прочесть ничего. — Стоило бы тут хорошенько осмотреться! — англичанин глубоко вдохнул морозный воздух. — Впрочем, еще успеем, а сейчас надо спешить! Сейджуро мрачно посмотрел на Касугу, который просто сиял. — Что все это значит, прокляни меня Небеса?! — Этот остров живет по своим законам! — воскликнул охотник. — Не знаю о нем всего, но мы сейчас должны находиться в 1575 году от Рождества Христова! Вы хоть понимаете, что это значит?! Все промолчали, и только старый Лао, вспотевший после подъема, ахнул. — Год, когда Коганей Синдзи перехватил испанский Серебряный Караван?! — Да! Это первое, что пришло мне на ум! Отчего-то я совсем недавно вспоминал Коганея… — Касуга едва не плясал от радости. — Капитан, ты еще поблагодаришь меня! Это лучше сокровищ тамплиеров, это нечто бесконечное! Неисчерпаемый источник добычи, а те, у кого мы ее возьмем, никогда не смогут нас найти — Дьявол никого не пустит в Подземелье без Ключа! Да даже если бы и пустил — мы будем уже далеко! За столетия отсюда! Сейджуро, ежась на зимнем ветру, напряженно соображал. — Вот что, мошенник: если ты прав, ты мой брат, потому что сделаешь меня величайшим пиратом всех времен! Но если нет… Идемте к кораблям! Если с ними все в порядке, надо выбирать якоря. Или хотите отбивать лед со шкотов? Все были настолько потрясены, что всю дорогу к берегу молчали. Даже Хикари с Акаши, хотя, судя по их горящим глазам, выходка Касуга пришлась им по душе. Кисэ чуть поотстал и Сацуки показалось, что он быстро спрятал что-то в карман. |
Суббота, 25.04.2015, 23:11#29
Глава 14 Смерть отца >Смерть отца Добравшись до берега, они обнаружили, что на кораблях царит полнейшая паника. В один миг наступившая северная зима просто потрясла моряков, многие из которых родились и выросли на южных островах и никогда не видели снега. Только паника помешала пиратам выбрать якоря и покинуть остров со всей возможной скоростью. Сейджуро и другим пришлось потратить немало времени для наведения порядка. Но, как только команды «Каравеллы» и «Леоны» немного успокоились, возникли другие проблемы. Момои думала, что более всего пиратов испугает путешествие во времени. Ничуть не бывало: всерьез их расстроило лишь отсутствие добычи. — Быть бунту… — бормотал старик Лао. — Капитан должен быть удачлив, тогда люди пойдут за ним в пекло. Но забраться куда-то на край света, сразиться с самим чертом и в итоге не принести ни реала — такие вещи у нас не уважают! Тем не менее, обошлось без бунта. Во-первых, всем хотелось поскорее отправиться на юг, а во-вторых, Тацуя пристрелил двоих с «Леоны», которые уж очень ретиво критиковали своего капитана. На их команду это тоже произвело впечатление. Многим на «Каравелле» не нравилось, что Тацуя остался капитаном, но Сейджуро сказал, что подумает об этом позже. В конце концов, Ключ к Подземелью Дьявола оставался у него, и свобода Тацуи теперь была значительно ограничена. У Сацуки, между тем, возникла серьезная проблема. В связи со всем, что она узнала о Араки с Алекс, вернуть рыбу им было бы глупостью. Но и Касуга, насквозь лживый и непредсказуемый, ее тоже не заслуживал. К тому же, Момои хотелось еще раз встретиться с Черным, ведь тот обещал еще многое ей объяснить. Спрятать фигурку было совершенно некуда. Конечно, корабль имеет немало укромных местечек, но каждая щель досконально изучена командой. Взвесив все, Момои нашла единственное, хоть отчасти приемлемое решение и отправилась к Хикари. — Ты хочешь отдать эту рыбу мне? — о волшебном предмете она, конечно, знала от Тецу, который отдал свою русалку Акаши. — Спасибо, Сацуки! Это ты здорово придумала! Ведь больше всего я сейчас хочу побыстрее добраться до Карибского моря и увидеть, куда на самом деле зашвырнул нас Касуга! — С условием, что иногда ты дашь его мне поносить! — напомнила Момои. — О чем шепчетесь? — охотник, как бывало часто, появился возле них совершенно неслышно. — Сацуки, удели мне минуту… Момои решила не тянуть время. — Простите, господин Касуга, но ту фигурку, что вы мне дали, я потеряла. Англичанин оскалился, словно волк, и девушке казалось, что сейчас Касуга набросится на нее с кулаками. Но между нами встала Хикари. — Касуга, рыба у меня! И о русалке не мечтай: она у моего брата! — она оттянула воротник и показала цепочку на шее. — Согласись, они нужен нам всем. Я сейчас иду к капитану, а ты, если хочешь, поговори с ним об этом потом. Развернувшись на каблуках, чрезвычайно довольная Хикари подмигнула Момои и ушла. Покрасневший от гнева Касуга только сплюнул Сацуки под ноги. О чем говорили Хикари и Акаши с отцом, Момои так и не узнала. Однако рыба с русалкой остались у них: попутный ветер наполнил их паруса, и оба корабля буквально полетели на юг. Одна беда: ветер, само собой, был северным и им пришлось порядком померзнуть, особенно ночами. Команда шепталась о ждущей впереди великой добыче, никто и не думал обвинять капитана Сейджуро в неудачной экспедиции. Предметы делали свое дело: желания Хикари с Акаши реализовывались без каких-либо трудностей, а они у них были одинаковыми. Однажды в свободную минуту Сацуки присела рядом с дядей Лао. Старик дымил трубкой и сердито наблюдал за расхаживающим по палубе Касугой. Лао был, наверное, единственным, кто не выражал радости по поводу грядущих грабежей. — Ты хоть понимаешь, Момои, куда и зачем мы отправляемся? — Ну, я пока еще не очень верю в то, что мы оказались в прошлом, — призналась Сацуки. — Так говорит Касуга, но я ему не верю. — Если не врет, все очень скверно! — Лао сплюнул за борт и склонился к девушке. — Сэр Коганей был славным человеком, Момои! Славным моряком и героем Японии! Он, да братья близнецы первыми бросили вызов испанцам. Если бы не они, все могло бы случиться иначе. А мы идем грабить его! Момои знала, что именно таков план Касуги и что капитану Сейджуро этот план пришелся по душе. Как же: ограбить самого Коганея Синдзи! Но Сацуки это казалось отвратительным: матушка с глубочайшим уважением относилась к сэру Синдзи. — Ну, я думаю, это будет не так просто: напасть на такого человека! — Да? А что в наших пушках разрывные ядра, ты забыла? У Коганея таких нет! — напомнил Лао. — И мушкеты наши бьют дальше и точнее, и корабли быстроходнее. И карты! Коганею и не снились такие карты. Я был юнгой под его началом… Но гораздо позже, чем сейчас…. Тьфу, запутался! — Лао стукнул кулаком по борту. — Момои, а что будет, если Коганей погибнет от этой нашей затеи? Что будет тогда с Японией, кто остановит испанцев?! Кто привезет золото на «Источнике золота»?! Внутри у Сацуки похолодело. Касуга, почувствовав ее взгляд, шутливо поклонился. Только теперь Момои задумалась: если охотник выбирал время, то почему они не отправились в прошлое на еще пару десятков лет? Почему не гонимся за испанскими галеонами, полными золота конкистадоров? Англичанин выбрал именно Коганея. Что, если он с самого начала задумал убить героя Японии? Одного выстрела из своего удивительного ружья охотнику должно было хватить — Момои пока не видела, чтобы он промахивался. И тогда история может сложиться совершенно иначе. Сацуки вскочила. — Дядя, мы не можем этого допустить! — Сядь и говори тише! — потребовал старик. — Даже Хикари с Акаши ничего не хотят слушать, а уж остальные… Точно известно, где и когда эскадра Коганея заполучила испанское серебро. Всего-то и дел: появиться в удобный момент и забрать его себе. Их не остановить. Вне себя, Момои отправилась переговорить с Кисэ. С того момента, как они покинули остров Дьявола — название «Дубовый» у них не прижилось — Рета пребывал в какой-то странной тоске, оживляясь лишь в присутствии Хикари. Вот и теперь он выслушал Сацуки совершенно равнодушно. — Я не верю, что мы можем что-то изменить, — сказал он. — Тамплиеры владели секретом Дьявола, и что? Их это не спасло. — Мы не можем знать наверняка, что произойдет! — запротестовала девушка. — Уже жалею, что отдала рыбу Хикари… Нужно было выкинуть его в море! — Все предопределено, — убежденно повторял Кисэ. — Знаешь, что я нашел там, на острове? Ну, когда мы поднялись из колодца и увидели какое-то пепелище? Все думал, стоит ли тебе показывать… Он вынул из-за пазухи сильно обгоревшую книгу. Кое-что огонь пощадил и Момои прочла название: «Стихотворения, преимущественно на японском диалекте». Поневоле заинтересовавшись, Сацуки принялась перелистывать сохранившиеся страницы. — Славные стихи… Но я никогда не слышала о таком поэте: Бард! — Конечно, не слышала! — хмыкнул Кисэ. — Посмотри на год издания! Сацуки отыскала и присвистнула: неизвестный ей японский бард издал книгу в 1790 году! Конечно, Момои не могла знать о его существовании. — Там дарственная надпись! — ткнул пальцем Рета. — Вот она-то интереснее всего. — «Дорогой подруге Момои Сацуки от товарища юности Кисэ Реты, с выражением искренней любви», — вслух прочла девушка. — И дата: май 1810 года. Что это значит, Кисэ? В каком мы времени? — По-видимому, не в том, на которое рассчитывает Касуга! Мы не в прошлом, а в будущем! И если, как ты говоришь, они рассчитывают справиться с Коганеем за счет лучшего вооружения… Как бы нас не поджидал впереди кто-то, вооруженный куда сильнее нас! Радует одно: мы с тобой умрем не скоро, раз уж я написал «от товарища юности». — Не написал, а еще только напишешь… — машинально поправила Момои. — Нет, дружище, не все так просто. Если ты еще только это напишешь, то мы навряд ли в 1810 году… И как тогда книга попала сюда? — Не знаю, — мрачно ответил Кисэ. — Зато знаю, что с островом Дьявола мы связаны навсегда. Чувствую это. Книгу забирай, она ведь твоя. Не успела Сацуки спрятать немного преждевременный подарок, как марсовый прокричал, что видит парус. Хикари с Акаши в мгновение ока забрались на мачту и вскоре ветер начал меняться — у них возникло новое желание. И Момои, конечно, знала, какое. — Отец, два двухмачтовых корабля, флаги испанские! — запыхавшись сообщили они, спустившись. — Нельзя их отпустить таких безобидных — вдруг кто-нибудь обидит! — Конечно, — согласился Сейджуро, — конечно, обидим сами! Заодно и выясним кое-что! Испанские корабли были древней постройки, это сразу поняла даже Сацуки. Те самые галеоны: маленькие и неповоротливые по сравнению с «Каравеллой» и «Леоной». Выходило, что Касуга их не обманул. Они сблизились и приказали испанцам сдаться, в ответ они открыли огонь. Одно из ядер проломило фальшборт совсем рядом с Момои и заскакало по палубе. Все кинулись в разные стороны, но взрыва не последовало. — Кусок чугуна! — Кикоро схватил ядро, обжегся, выронил, но продолжал хохотать. — Кусок чугуна! Мне нравится этот рейс! На испанцев обрушился шквал нашего огня. Уже после третьего залпа на одном из кораблей начался пожар. Второй пытался лавировать, но Хикари встала к штурвалу и рыба помогла ей: ветер подстраивался под каждый ее маневр, словно послушный щенок. Пиратам хотелось драки, и второй корабль они попытались взять на абордаж. Но вот тут испанцы оказали достойное сопротивление: спрыгнувшие на вражескую палубу попали под редкий, но чудовищный по убойной силе огонь аркебуз, заряженных чем-то вроде рубленых гвоздей. Первым свой конец нашел веселый боцман Кикоро, татуированный череп которого раскололся, как орех. Никто из подростков в вылазке не участвовал, а Хикари осталась за штурвалом. К удивлению Момои, даже Касуга не слишком усердствовал: он стрелял редко, скорее для развлечения. Честно говоря, Сацуки была рада, что испанцы показали пиратам: кроме силы оружия есть и сила духа. Добыча оказалась не такой уж легкой и бой остановился. Испанцы начали избавлять борт от наших абордажных крючьев, и Сейджуро приказал не мешать им. — К чертям! — раздраженно крикнул он. — Я потерял Кикоро, и больше никого терять не намерен! Канониры! Отправьте всех мерзавцев на дно! «Леона» подобрала уже достаточно. Момои оглянулась и увидела, что огонь уже полностью охватил зажженный их выстрелами галеон. Тацуя спустил шлюпку и матросы спасли трех или четырех испанцев, остальные, видимо, предпочли смерть. Дальнейшее выглядело отвратительно: практически не подвергая себя риску, «Каравелла» расстреляла упрямых испанцев на расстоянии. Корабль еще держался на плаву, и кто-то еще палил в них с палубы, когда Сейджуро приказал уходить. — Хватит заниматься ерундой! Добыча ждет нас впереди. Дети не стали спорить с отцом. Момои показалось, что и ей бой не доставил никакого удовольствия. Это Сацуки обнадежило: если Хикари с Акаши поймут, что особой доблести в такого рода делах нет, то, может быть, встанут на ее сторону и помешают планам Сейджуро и Касуги? Момои искренне на это надеялась, хотя был у нее на корабле и еще один союзник: рыба. Если, конечно, Хикари согласится со ней. — Что-то ты ко мне совсем не заглядываешь? — Араки подошла ко Сацуки. — Все, кончилась наша дружба? — Араки, дружба возможна там, где есть искренность. — Много ты понимаешь в этой жизни! А ведь Алекс когда еще тебе сказала: у слабых женщин свои правила. Иначе просто нельзя. Араки пользовалась на «Каравелле» полной свободой, но все равно негласно считалась узницей. Хикари делить с ней каюту отказалась, и Араки перебралась в кают-компанию, где отгородила себе угол куском старого паруса. Вряд ли она привыкла так жить, но неудобства переносила стоически, и слова о «слабой женщине» вызвали у Сацуки невольную улыбку. — Араки, вы искренне симпатичны мне. Но я совсем перестала вам верить. Вы для меня теперь — носительница информации о моем поместье, не более. — О, Сацуки! Если бы я могла поверить тебе! — с неожиданной грустью произнесла Масако. — Но ты слишком наивна и такой, как Касуга, запросто может тебя провести. Ведь если бы я рассказала тебе всю правду, ты поняла бы все… Ты простила бы меня. Но тебе снова будут лгать, и ты опять изменишь свое мнение! Араки отошла, оставив Момои в полном недоумении. На палубу как раз поднимались четверо испанцев, спасенных шлюпкой с «Леоны», прибыл и капитан Тацуя. Трое испанцев представляли из себя жалкое зрелище: испуганные, подобострастно заглядывающие всем в глаза, они только и делали, что молили сохранить им жизни. Четвертый молчал. В бою он потерял один глаз, и пираты даже не удосужились перевязать раненого. Зато тот глаз, который испанец сохранил, сверкал ненавистью. Несмотря на раны, пленный держался очень прямо, даже величественно. Он шел последним. Проходя мимо него Араки, только теперь увидев Тацую и не желая с ним разговаривать, вдруг протиснулась между одноглазым и другим испанцем. Потом, все-таки наткнувшись на тяжелый взгляд капитана «Леоны», попятилась и едва не сбила раненого с ног. Испанец обернулся и посмотрел на Араки с каким-то изумлением. (Алекс в это время лежала в каюте и болела.) Все это произошло меньше, чем за секунду. Сейджуро начал допрос испанцев прямо на палубе. Трое подтвердили и готовы были поклясться, что сейчас — 1575 год от Рождества Христова. Пираты встретили эту новость радостным гиканьем. И тогда четвертый пленный, тот самый одноглазый, выступил вперед и выстрелил капитану Сейджуро в грудь. Спустя секунду он упал под градом сабельных ударов и вскоре его тело превратилось в нечто неописуемое. Точно так же разъяренные пираты поступили и с другими испанцами, ни в чем не повинными. Момои отвернулась и увидела Хикари с Акаши, которые не мигая смотрели на мертвого отца. В том, что Сейджуро погиб, сомневаться не приходилось — испанец стрелял почти в упор, пуля вошла точно в сердце. Кисэ и Такао вдвоем зачем-то пытались перевязать уже не дышавшего гиганта, но кровь продолжала растекаться по палубе. Сацуки погладила Хикари по плечу, не зная, что сказать в утешение. Тецу ринулся к Акаши и, остановившись, неуверенно положил руку ему на плечо. — Сацуки, Тецу, найдите пистолет, из которого убили отца! — не оборачиваясь, попросили они. Парень с девушкой исполнили просьбу и принесли проклятое оружие, слегка отерев его от крови испанца. Акаши взял его, бегло осмотрел и вернул, Хикари стояла сзади него и тоже осмотрела оружие. — Это пистолет нашего времени! У испанцев были совсем другие. — Тацуя! — конечно, это было первое, что пришло Момои в голову. — Тацуя был бы уже мертв, если бы в момент выстрела я не смотрел прямо на него! — простонал Акаши. — Но Тацуя был искренне удивлен и напуган! И стоял рядом с отцом, а если бы вооружил испанца он, то держался бы в стороне… Хикари всхлипнула и убежала. Акаши удалился вслед за сестрой. Кисэ хотел последовать за ними, но Момои удержала его. — У них были связаны руки — все с «Леоны» так говорят! Кто успел разрезать веревки?! Имя едва не сорвалось с губ девушки. Но она промолчал. В конце концов, Момои могла ошибаться. Да и что толку было бы, изруби пираты Араки так же, как испанцев? Капитана Сейджуро было уже не вернуть, а крови и без того пролилось достаточно. И, конечно, была еще одна причина: Сацуки просто не могла выдать несостоявшуюся кузину. Не могла, и все тут. С капитаном простились так же, как и с другими погибшими пиратами: их приняло море. Мешок, наскоро сшитый из парусины, да ядро, чтобы быстрее добраться до дна и встретиться там с морским дьяволом — вот и все, чем товарищи могли им помочь. По «охотничьему соглашению», к которому пираты относились очень серьезно, доли от добычи теперь должны были получить заранее указанные наследники. Хикари с Акаши, включая две капитанские, теперь полагалось целых три. Вечером корабли встали борт о борт, сцепились абордажными крючьями, и состоялось общее собрание обеих команд. Момои опасалась, что дети Сейджуро потребуют капитанство себе и им придется несладко. Но вышло иначе — потрясенные гибелью отца, подростки почти все время просидели молча. Председательствовал, конечно, Тацуми. Так переменчива судьба пирата: еще недавно Сейджуро собирался его повесить, а теперь он принимал наследство. По общему решению адмиралом — то есть общим начальником, был выбран именно Тацуя. Ему же достался и Ключ от Подземелья Дьявола. Касуга попросил разрешения хорошенько рассмотреть Ключ, и, с минуту покрутив его в руках, довольно кивнул: теперь все было на месте. Уже в качестве адмирала Тацуя предложил нового капитана на «Каравеллу» — назначать по «охотничьему соглашению» он не имел права. — Я полагаю, лучше всего с этой задачей справится Касуга! — неожиданно для многих заявил он. — Пусть он не моряк, зато такой же член Берегового Братства, как и все мы! У нас имелись разногласия, но теперь все позади! Момои посмотрела на Касугу и увидела на его лице искреннее изумление, которое спустя уже секунду он сумел скрыть. Со всех сторон посыпались протесты. Команда «Каравеллы» хотела кого-то из своих. После гибели Кикоро его место фактически занял Лао, многие предлагали выбрать капитаном именно его. Тацуя попробовал настоять на своем, но тут же в воздухе засверкали клинки — у рядовых пиратов не так много прав, но ими они не готовы поступиться и под страхом смерти. — Пусть будет Лао! — наконец выкрикнул Тацуя и стало тише. — Пусть, но временно, до следующего собрания! Давайте каждый еще раз все обдумает. Я адмирал и прошу вас об этом. Мне нужен человек, которому я могу верить, как себе! Нам надо поскорее добраться до Тортуги, пополнить запасы провизии и пороха. Там будем решать еще раз. С этим предложением большинство согласилось. После этого Тацуя решил вернуться на «Леону», и вместе с ним «Каравеллу» покинули Касуга и Араки, а Алекс, увы, погибла от болезни. Первого, настолько Момои понимала, Тацуя хотел держать при себе — ведь только Касуга умел обращаться с Переместителем. Ну, а Араки… Араки оставалась все такой же прекрасной. И все такой же циничной. На «Леоне» ее, как минимум, ждал личный комфорт. А еще — возможность снова затеять какую-нибудь интригу. Сацуки оставалось только вздохнуть и в очередной раз постараться о ней не думать. Перед тем, как покинуть «Каравеллу», Тацуя что-то тихо сказал детям капитана, и Момои увидела, как они отрицательно покачали головой. Тацуя сказал что-то еще, и тогда брат с сестрой просто пошли прочь. Перед адмиралом выросли Лао, Такао и еще несколько матросов, наиболее ему близких, и Тацуя, выругавшись сквозь зубы, сдался. Сацуки облегченно вздохнула: рыба с русалкой оставались на их корабле. Поспешив к Хикари с Акаши, и прихватив с собой Куроко, девушка застала их в капитанской каюте перед картой. — Ты можешь отдать мне рыбу на эту ночь, Хикари? — Что это ты задумала? — она подняла на Сацуки красные от слез глаза. — Догадалась, наконец, чего хочешь от Араки и думаешь, что рыба поможет тебе справиться с Тацуей? И не надейся, выстрел в сердце сильнее любого волшебства. — Не говори ерунды! — вскипела Сацуки и тут же устыдилась. — Я прошу тебя. Ведь ты обещала? Всего на одну ночь. — Тогда поклянись, что вернешь! Тебе я пока еще верю, Сацуки. Тебе, нашим подросткам, брату и старому Лао. Момои поклялась и получила фигурку. Все, свободные от вахты, уже укладывались в гамаки, забралсь в свой и Сацуки. Сжав волшебный предмет в руке, Момои задумалась: чего сейчас она хочет сильнее всего? Выходило, что Сацуки и сама не знала этого. — Да нет же! — вкрадчивый голос Черного раздался будто у девушке в голове. — Ты знаешь, чего хочешь: чтобы я рассказал тебе, зачем ты здесь. — И зачем же? Было темно, отовсюду раздавалось похрапывание матросов, и Сацуки снова не знала: во сне пришел к ней Черный, или наяву. Момои даже не видела его. — Ты здесь, чтобы встретиться с Коганеем Синдзи. Встретиться и передать ему рыбу. Поверь, если ты этого не сделаешь, он никогда не совершит кругосветного плавания. И много чего еще не совершит… Коганей станет пиратом, жестоким, но не слишком удачливым — только и всего! Трудно представить, какими бедами для Японии это обернется. Всего один человек… Но есть, Сацуки, особенные люди. Люди, выбранные для особой роли. — Кто же их выбирает? И кто выбрал меня, чтобы передать рыбу Коганею? Я даже не знаю, как это сделать! — Найди способ. Говорят, что от человека никогда не требуется того, чего он не может совершить. Каждый получает ношу себе по силам. Но иногда эта ноша так тяжела, и так важна для всего человечества, что даже сильному человеку надо помочь… Тогда он получает предмет. И все меняется! Испания должна уступить моря Японии, и первым дорогу проложит Коганей Синдзи! Иначе… — Но разве может быть иначе? — Момои немного не понимала. — Лао служил у Синдзи юнгой во время битвы с испанской Армадой. Если Коганей не получит рыбу, то не станет флотоводцем! И где тогда служил дядя? — Может быть, мы это знаем, — в голосе Черного послышалась печаль. — Но тебе это знать совершенно ни к чему. Поверь, Сацуки: ты должна передать рыбу Коганею. История твоей родины — в твоих руках. И если сейчас на ваших островах не все ладно, то ведь могло быть хуже… Куда хуже, Сацуки. Так хуже, что и ты, и многие-многие другие могли вовсе никогда не родиться. Не только в Японии, а по всему миру. Хотя даже не это самое главное… Но ты уже спишь. Что ж, все, что ты должна знать, ты уже знаешь. |
Суббота, 25.04.2015, 23:16#30
Глава 15 Русалки и порох Когда Момои проснулась, рыбы у нее в руке не было. Испугавшись, что фигурка похищена, девушка побежала искать Хикари и нашла ее в капитанской каюте, вместе с Лао, Акаши, Тецу и Кисэ. Как только девушка посмотрела на Момои, все стало ясно: глаза у нее были темными. — Я подумала, что так ты лучше выспишься! Кроме того, на Тортугу хорошо бы попасть побыстрее, так что рыба мне пригодится. — Могла бы и разбудить… — пробурчала Сацуки, припоминая сон. — Между прочим, за эту фигурку многие готовы хорошо заплатить. — Продаешь? Я бы дала неплохую цену! — Хикари расхохоталась и Момои поняла: траур, который она позволила себе после смерти отца, окончен. И все же глаза у нее стали взрослее. — Ты, кстати, как — все еще нуждаешься в информации от мамзель Араки? — Мадмуазель! — поправила Сацуки и села. — Я не нуждаюсь. — Врешь! И все же ты девушка честная, Сацуки, поэтому не хочу тебя обманывать — так, как это делала она! Ночью я поговорила с Такао. Он видел, как Араки крутилась у пленного испанца прямо перед тем, как он застрелил отца. Именно ей, чертовке, времени бы хватило и на то, чтобы вложить пистолет ему в руку, и на то, чтобы перерезать веревки. — Чушь! — Не умеешь врать… — вздохнул Тецу, пристально глядя Момои в глаза. — Ты тоже об этом думала, Момо. А так как ты девушка не только честная, но и умная… Сама пойми: убить капитана Сейджуро могло быть выгодно только тому, кто получил бы его власть. Но это не Тецуя, к сожалению… Это точно. Кто еще? Только Араки. Она добьется власти через Тацую, как это уже делала. Момои, вынужденная быть адвокатом черноволосой красавицы, замешкалась. Как ни крути, а Тецу рассуждал логично… Но нельзя ведь обрекать Араки на смерть, не имея веских доказательств ее вины! — Касуга! — наконец сообразила Сацуки. — Они с Тацуей прежде приятельствовали, и вот, теперь он снова на «Леоне»! А «Леона» теперь наш флагман. — Касуга? — Хикари опечалилась. — Я думала об этом… Нет, Касуга не смог бы. И, в конце концов, он второй подозреваемый! Кроме того, его около пленных не было, а Араки — была! Она вскочила и выбежала на палубу. Акаши с Тецу и Кисэ последовал за ней и Сацуки с Лао остались одни. — Что теперь, дядя? — спросила девушка бывшего кока «Бриэкета». — Что Хикари с Акаши собираются делать? — Ты помнишь, о чем мы договаривались? — Лао выразительно подмигнул племяннице. — Прежде всего — сэр Коганей Синдзи! Хоть пока ему и не пожаловано это звание. Мне лучше удавиться этими руками, чем навредить ему и Японии! Вот к этому я все дело и веду… Дети Сейджуро никогда не подчинится Тацуе. Не те ребята! Значит, Араки сама себе навредила: «Каравелла» не будет атаковать Коганея. Мы начнем охоту на испанцев! Ну, а насчет Тацуи есть план. — Постой! — Момои уже полностью вспомнила ночной разговор с Черным. — Ну… Если уж мы здесь… А зачем мешать — мы ведь можем помочь Синдзи! Ему порой приходилось несладко, а наши пушки лучше и бьют дальше! Зачем нападать на испанцев отдельно, если можно напасть вместе с ним? — И верно! — Акаши вернулся, когда девушка произносила последние слова. Глаза у него были красные, но на губах играла злая улыбка. — Мне тоже было бы любопытно посмотреть на этот Серебряный Караван. Ладно, ближе к делу… Большая часть команды готова признать капитаном меня с сестрой и попрощаться с Тацуей на Тортуге. Ты с нами? — Да! — а с кем еще могла быть Момои? Во всяком случае, не с Тацуей и не с Касугой. И, к сожалению, не с Араки. — Но что будет с ними? — Попробуем оставить их там, на острове. Старина Лао поговорит с ребятами из команды «Леоны», там есть те, кто захочет пойти с нами. А когда придет пора действовать, я скажу, какой у нас план. Нельзя сказать, что Сацуки вышла из капитанской каюты с легким сердцем. Она слишком хорошо знал Акаши. Если они с Хикари уверенаы, что в смерти их отца повинна Араки, то попытаются отомстить всеми доступными способами, и никакая опасность их не остановит. Момои предстояло каким-то образом помешать их замыслам. Девушка просто не могла, не могла допустить этой смерти… И сама себе боялась сознаться, почему. Ветер, послушный фигуркам, по-прежнему дул им в корму. Плавание проходило легко, и команда откровенно скучала. Момои с Тецу по поручению детей Сейджуро проверяли состояние пушек, пересчитывали запасы и вообще исполняли обязанности их помощников. Момои к тому же помогала Хикари и Акаши высчитывать курс и, смеяла надеяться, неплохо справлялся — кое-чему Сейджуро успел ее научить. Рета немного повеселел, но все еще чувствовал себя не в своей тарелке. — Этот остров мне снится! — признался он как-то раз. — Я все думаю, думаю… Вот, раз я подарил тебе ту книгу, значит — нам предстоит еще вернуться туда и попасть в будущее, так? — Видимо, так, — согласилась Сацуки. — Ты ведь должен был ее получить, когда этот поэт, Бард, ее уже издал. И только после этого подарить ее мне. — Да? А вот и нет! Книга-то уже у тебя! Значит, чтобы ее подарить, не надо никуда путешествовать! Твой Бард еще не родился, а книга уже у тебя! Что же получается? — Ничего не получается. На книге дарственная надпись, почерк твой. Значит, в будущем ты еще подаришь мне ее не обгорелой. — Точно! — Кисэ похлопал девушку по плечу. — Спасибо, сестренка, я теперь буду тебя так называть. Это обнадеживает. Но я все равно ничего не понимаю… Сацуки неизвестно, о чем говорили их «заклятые друзья» на «Леоне». Наверняка, они думали о том, как заполучить рыбу с русалкой. Но, по всей видимости, отложили решение этого вопроса до Тортуги. И вот настал, наконец, день, когда остров показался перед нами. — Крепости еще нет! — воскликнула Хикари, разглядывая берег в подзорную трубу. — Я знала, что ее не будет, и все же это так странно… — И в чьих руках сейчас Тортуга? — спросила Сацуки. — В руках пиратов, конечно! Точнее, постоянно тут живут только охотники, а пираты часто заходят в бухту. Охотники живут без семей, при появлении испанцев уходят в лес и стреляют их оттуда, как куропаток! — Хикари, ты вот тоже ненавидишь испанцев… — Сацуки давно хотелось задать этот вопрос. — Но ведь ваша с Акаши мать — испанка, и, значит, вы… — Мы дети пирата от военного трофея! — Хикари посерьезнела. — Мы с братом не испанцы. Береговое Братство — вот наша нация! А Испанию все ненавидят лишь потому, что она не хочет ни с кем делиться. По большому счету, на месте испанцев так бы поступали все… Но мне кажется, что с другими договориться легче. И снова Момои вспомнила ее разговор с Черным. Не в жадности ли испанских монархов крылась причина того, что некая сила решила отказать им в помощи? И похоже было, что именно так дела и обстояли. А началось все с Коганея Синдзи, объявившего Испании войну. Сацуки невольно посмотрела на шею Хикари — рыба обязательно должна был достаться будущей гордости нашего флота! — Что-то не так? — Хикари поправила шейный платок. — Кисэ, Тецу, Сацуки, слушайте, что надо сделать. Сейчас мы войдем в бухту вслед за «Леоной» и станем на якорь рядом с ней. Наверняка они сперва захотят устроить военный совет, перед общим собранием. Мы с Акаши на него не пойдем — у нас капитан как бы Лао, пускай он и отдувается там. А пока он тянет время… Прежде чем уйти, мы должны получить Ключ и Касугу. Иначе нам не вернуться в свое время, а застревать здесь мне не слишком хочется. — А почему? — неуверенно спросил Кисэ. Он почему-то очень боялся острова Дьявола. — У нас здесь лучший корабль, лучшие пушки… — Пушкам нужны ядра! — оборвал его Акаши. — Где ты здесь добудешь разрывные ядра? А без них мы почти не имеем преимущества. Через пару лет днище нашей «Капавеллы» пора будет чистить от ракушек, и я бы предпочел заняться этим там, где нас никто не найдет. Остров нужен нам, Рета! Тацуя это понимает, поэтому Ключ при нем постоянно, а Касуга фактически арестован. Думаю, если Ключ будет у нас, Касуга не станет колебаться и отправится с нами. Это сработает, если на «Леоне» все осталось по-прежнему… Но там Араки, поэтому надо ожидать любых неожиданностей. Главное вот что: мы с вами должны проникнуть на «Леону». — Мы? — удивилсась Сацуки. — Впятером? — Полностью я доверяю только вам и Лао, даже Ацуши и осальным я не доверяю. Будущее покажет, но пока я вижу один выход — подстеречь Тацую на его же корабле и отобрать Ключ. Спустя час они бросили якорь. Сацуки узнавала очертания берега, скалы, но поселок оказался просто крошечным — всего с десяток домов, которые вернее было бы назвать хижинами. Встречать их вышли одни мужчины. Длинных, точно бьющих ружей охотников девушка не заметила — видимо, их еще не начали делать. Оба корабля спустили шлюпки. Все остались на борту, разговаривать со встречающими отправились Лао и Такао. Спустя полчаса Лао помахал им шляпой, и команда ответила восторженным гулом — можно было сойти на берег и загулять, как привыкли поступать пираты. Увы, впереди их ждало жестокое разочарование. Эта Тортуга не обещала им ни женщин, ни кабаков, а пойло, которое готовы были продать охотники, качеством не отличалось. Хикари с Акаши отдали распоряжения насчет пополнения запасов провизии, назначили водоносов. С первой же шлюпкой, доставившей к ним копченое мясо, вернулся Такао. — Они хотят вас видеть! — сразу сказал он детям Сейджуро. — Говорят, что без вас совета не получится. — Я знаю, чего они хотят! — рассмеялась Хикари. — Кстати, «они» — это кто? — Тацуя и Араки, — уточнил пират. — И знаешь, мне показалось, что больше командует она. Касуга тоже на берегу, Тацуя его далеко от себя не отпускает. С ними четверо вооруженных людей. Они устроились в ближней к «Леоне» хижине, и Лао там с ними. — Вот как? — Акаши задумался. — Напишу-ка я им письмецо, пожалуюсь на наше с сестрой недомогание. Пусть отложат совет до завтра. Но пока они будут читать, найдите возможность передать Касуге другую записку. Думаю, он может нам помочь. И напомни Лао, что он обещал поговорить с командой «Леоны» — англичане уважают этого Коганея, так пусть переходят на нашу сторону. Пусть скажет им, что мы все равно возьмем свой кусок — только не у Коганея, а действуя вместе с ним! Англичанам это понравится. Спустя некоторое время Такао вернулся и сообщил, что записка англичанину передана незаметно. Он привез письмо для Хикари с Акаши, но те, бегло прочитав его, лишь рассмеялись, скомкали и швырнули за борт. — Любезная Акаши пишет, что как женщина понимает нас и готова поделиться какими-то снадобьями, если мы сойдем на берег! Она держит нас за идиотов, что ли? Сацуки и Тецу, я вас попрошу отправиться на остров и поторопить ребят с погрузкой провизии, пока они не напились. Только держитесь подальше от Тацуи и его шайки! Так они и сделали. Обошлось без происшествий, купленной и переправленной на «Каравеллу» еды должно было хватить до Панамы. Когда наступили сумерки, брат с сестрой отправили на «Леону» сообщение: им легче и они готовы встретиться на берегу. — Четырнадцать человек с «Леоны» уйдут с нами, — тихо сказала она. — Будут ждать на берегу шлюпок. Наши все уже на борту, кроме тех, на кого полагаться не стоит. Касуга, я надеюсь, готов… Пора действовать! — Там наверняка будет засада! — Момои очень волновалась, и не только за Хикари — у нее на шее висела рыба. — Может быть, оставишь фигурку мне? — Лишиться ее помощи в такой момент? — она фыркнула. — Временами ты говоришь почти такие же глупости, как Кисэ! Лучше слушайте, что надо делать. На «Леоне», спасибо Лао, есть теперь двое наших людей. Они готовы впустить вас на борт. Хотела пойти с вами, но все изменилось… Справитесь без нас с Акаши? — Но что там делать, если Тацуя на берегу? — не понял Рета. — Ключ у него наверняка с собой. — Ключ с собой, а пороховой погреб остался на «Леоне»! — Акаши вздохнул. — Это будет наш козырь на самый крайний случай. Когда начнется стрельба, зажгите факел и машите им, чтобы было видно с берега. Мы с сестрой скажем Тацуе, что его корабль вот-вот взлетит на воздух, и мы как-нибудь договоримся. Захватить «Каравеллу» он не сможет, силенок маловато, а других кораблей на Тортуге не имеется. — То есть, на самом деле нам не надо прорываться к пороховому погребу? — Да разве вам это по зубам? — Хикари заткнула пистолеты за пояс и поднялась. — Сделайте, что говорю — и достаточно. Желаю не познакомиться с пулями, я к вам уже привязалась. Будет туго — прыгайте за борт. Сацуки услышала, как Кисэ с Тецу скрипнули зубами. Показное равнодушие Хикари терзало Рету не меньше, чем страх перед островом Дьявола, а вот Куроко она явно недооценивает. Они дождались, пока Хикари, Акаши, Лао и еще несколько их матросов войдут в хижину, где их уже ждали Тацуя и Араки. Время их предводительница рассчитала точно: уже почти совсем стемнело и шлюпку, которую тихо спустили с «Каравеллы», никто не заметил. Стараясь не плескать веслами, шестеро матросов доставили их к корме «Леоны». Почти сразу им сбросили веревочную лестницу. Тецу с Кисэ поднялись первыми, Сацуки за ними. Но не успела девушка перебраться через борт, как встречавший их пират тихо заговорил. — Боюсь, ни черта у нас не получится! Тацуя снял с корабля почти всю команду, они только что ушли на шлюпках к берегу. Конечно, есть многие, кто не прочь поменять капитана… Но при таком раскладе они не пойдут против Тацуи. А как только он схватит Хикари с Акаши и Лао, все козыри будут у него на руках. Пойду-ка я на бак, ребята — не хочу, чтобы Тацуя меня вздернул, когда все провалится. Пират ушел, а Кисэ в темноте схватил девушку за плечо. — Сацуки, ты должна ей помочь! Скорее, помощи звать некогда! Шлюпка и люди здесь, так гребите к берегу, вы всемером сможете зайти им в тыл! А я здесь справлюсь один. — Один?.. — растерялся Тецу. — Да быстрее же! Они их убьют! Момои было больно оставлять друга в такой момент. Но Кисэ был прав: только Тецу с Момои могли помочь Хикари с Акаши. И еще… Рыба с русалкой были с ними, а без фигурок весь их план ничего не стоил. Куроко с Сацуки вернулись в шлюпку. Им удалось высадиться на берег незаметно и подростки оставили матросов. Момои же было важно хотя бы попытаться предупредить бывших капитанов брига. В любой момент ожидая выстрела или удара сабли, Тецу с Сацуки пошли к хижине, старательно огибая костры, которые прямо на берегу жгли матросы и охотники. По пути они чувствовали на себе настороженные взгляды — нет, не выпить рому сошли на берег пираты с «Леоны». У входа в хижину их остановили окриком. — У меня срочное донесение нашему капитану! — как можно громче выкрикнул Тецу. — На «Каравелле» бунт! — Бунт?! — дверь отворилась и наружу выглянул Тацуя. — Какой еще, разорви меня аллигаторы, бунт?! Впустите их! Ребят пропустили в хижину. За грубо сколоченным столом, на таких же табуретах сидели переговорщики. Момои сразу бросились в глаза пистолеты, которые Араки выложила перед собой на стол и теперь игриво барабанила по рукоятям пальцами. — Здравствуйте, Сацуки, Тецу! — воскликнула она. — Я по вам соскучилась! — Что за чушь ты несешь? — перебил ее Тацуя. — Какой еще бунт? Чего хочет команда? — Команда хочет, чтобы ей тоже разрешили сойти на берег! — слова сами прыгали Куроко на язык. — С «Леоны» сошли почти все, и с оружием, вот и наши хотят. — Подумайте, какие предосторожности! — рассмеялась Хикари. — Вы что, адмирал, арестовать нас решили? Это не по правилам, общего собрания не было! — Будет! — буркнул Тацуя. — Могу и арестовать. А могу и пристрелить, если не станешь сговорчивее! Отдай Араки то, что принадлежит ей, и все останется, как есть. — Есть с этими предметами такая беда… — Касуга сидел в углу, и Сацуки сперва его не заметила. — Такая беда, дружище Тацуя: украденные или отнятые они могут перестать действовать. Я бы на твоем месте не рисковал. — Да? Что же ты тогда испугался и спрятал своего лешего, если я не могу его отнять?! — вскипел Тацуя. — Хватит врать, я давно тебе не верю! — Верь или не верь, мне все равно, — меланхолично откликнулся англичанин. — Я ведь на твоих глазах бросил предмет в море! Почему ты так уверен, что я его спрятал — не понимаю. — Потому что мы видели только, как что-то сверкнуло над водой! — почти зашипела Араки, сразу став некрасивой. — Не пытайся нас провести! Ты выбросил только цепочку, а где леший, я еще узнаю. Дай срок! — О-ла-ла! — Касуга закинул ноги на стол и надвинул шляпу с пером на глаза. — Все это становится скучным. — Согласна с Касугой! — Хикари, не вставая, уперла руки в бока. — Скучно. Если новых предложений нет, то, может быть, продолжим разговор завтра? В хижине повисла напряженная тишина. Момои быстро прикинул силы. Вместе с Тацуей, Араки и Касугой прибыло четверо пиратов, с их стороны — двое. Учитывая, что теперь подоспели они с Тецу, расклад был примерно равный. Вот только снаружи их ждали несколько десятков заряженных мушкетов. Сацуки пошевелила пальцами, готовясь выхватить из-за пояса пистолет. Это движение не укрылось от глаз Тацуи. — Твоя пуля первая! — Момои глазом не успела моргнуть, а ствол уже смотрел ей прямо между глаз. — Хватит, Хикари, Акаши! Если не отдадите предметы сами, то вот с нее и начну! — Ладно, ладно! — к ужасу Сацуки, Хикари с Акаши сняли с шеи цепочки и серебристые хвосты рыбы и русалки сверкнули в свете ламп. — Лао, передай игрушки адмиралу Тацуе. Старый Лао, удивленно вскинув брови, протянул руку и принял фигурки. Оставив сацуки в покое, Тацуя тут же шагнул к Лао, и тогда Акаши выстрелил под столом, не показывая пистолетов. Два пирата из команды «Леоны» одновременно зарычали от боли. Прежде, чем пороховой дым успел заполнить все пространство, Тацуя наставил свое оружие на Акаши, но Лао успел выстрелить первым, прямо ему в грудь. Последнее, что Сацуки успела заметить — Араки схватила свои пистолеты. Но разобрать что-либо в дыму было уже просто невозможно. Момои ударом ноги отворила дверь и выскочила наружу. — Тацуя убит! Нужно новое собрание! — закричала девушка во все горло, надеясь, что их противники остановятся. Ответом ей стали несколько выстрелов из темноты, один из которых сбил с девушки шляпу и пробил плечо выбежавшему за ней матросу. Сацуки отскочила от двери, не зная, куда стрелять. В задымленной хижине выстрелили еще несколько раз. Следующей на пороге появилась Араки и одним прыжком, словно кошка, исчезла в темноте. И тут же Момои услышала ее крик. — Не стреляйте! Нельзя убить Касугу, он наша дорога назад! Пускай сдаются, хижина окружена! Момои вжалась в землю, не зная, что предпринять. Идти вперед означало попасть в плен. Выставив вперед пистолет, девушка осторожно поползла вдоль стены охотничьей хижины. Все лампы погасли, стрелки затаились — в этой темноте и тишине отличить своих от чужих было просто невозможно! Но ей повезло. Заглянув за угол, Сацуки уловила отблеск знакомого красного огонька. — Хикари, Акаши! — шепотом позвала Момои. — Не стреляйте! За их спинами шестеро наших с мушкетами! — Толку-то! — ворчливо ответила Хикари. — И куда им стрелять? В нашу сторону? Вот спасибо за такую помощь. — Надо прорываться, — Сацуки с удивлением узнала голос Касуги. — Не ждать же, пока рассветет? — Касуга, у нас предметы! Я уверена, что добегу до берега, а вы? Вас перестреляют, тем более у берега, на песке, всех будет лучше видно. Лао, отдай мне на всякий случай Ключ. Момои поняла, что в целом их план сработал. Получив все, что нужно, Хикари с товарищами выбралась из хижины через окно, предварительно разбив лампы. Теперь была очередь Кисэ… Но один он, по всей вероятности, не справился. — Тецу, Сацуки, какого черта вы сюда явились?! — Акаши думал о том же. — Вы должны были помочь Рете, а тут мы бы уж как-нибудь справились! Тецу набрал воздуха, чтобы ответить, но слова застряли у него в горле. С моря долетел глухой, могучий удар. Все повернули голову и на фоне звездного неба увидели, как падали мачты «Леоны», а сам корабль неспеша разваливался на части, выпуская на свободу бушующий внутри него огонь. — Он взорвал погреб! — взвизгнула от восторга Хикари. — Он взорвал! Но кто, тысяча чертей, его просил?! Но он взорвал! Молодчина, Кисэ! Вот за что, я его люблю! — Хватит стрелять! — перекрыл ее хриплый голос Лао. — Эй, все! Хватит стрелять — у вас ни капитана, ни корабля! Собрание! — К черту собрание! — Хикари с Акаши вскочили и потянули Тецу с Момои за рукава. — К шлюпкам, пока никто еще не опомнился! Но ты кричи дальше, Лао, пусть запутаются совсем! Тецу обогнал всех и пошел первым, стараясь хоть немного их прикрыть. Пираты, словно обезумев, метались по берегу, со всех сторон доносились проклятия и выстрелы. Кто стрелял, в кого и зачем, не понимал никто. Тецу уверенно вел их маленькую группу к шлюпке, на которой приплыл вместе с Сацуки. Но Хикари с Акаши вдруг остановились и обернулись, будто пытаясь разглядеть кого-то в темноте. — Скорей, Хикари, Акаши, тут неуютно! — появившийся Касуга попытался увлечь ребят за собой, но они вырвала руки и принялись заряжать пистолеты. — Что случилось? — А ты, Касуга, разве не догадываешься, что у нас с братом здесь есть еще одно дело? — Ах, да! — он сразу догадался. — Я бы с удовольствием вам помог, но сейчас темно, а чертовка слишком хитра. Стоит отложить это дело до рассвета. — Слишком хитра, Касуга! Слишком хитра! — Акаши зарядил пистолеты и присел на одно колено. — И понимает, что если мы уйдем на «Каравеллу», она погибла. Они говорили о Араки. Момои оставалось только вздохнуть — ну конечно, ребята хотят отомстить! Но теперь, когда удача улыбнулась им, это могло все испортить. — Ребята, забудьте о ней! — попросила девушка. — Не нужно решать сгоряча, в конце концов… — Отстань, Сацуки! Я чувствую, она где-то рядом! Лучше возьми шлюпку и проверь, что с Кисэ! Подоспели отставшие в заварухе Лао и Такао, теперь, учитывая переметнувшегося на их сторону Касугу, Хикари с Акаши были надежно защищены. А вместе с ними, конечно, и рыба с русалкой. Сацуки должна была, и правда, узнать, что случилось с Ретой, жив ли он вообще! Но Араки… Девушка все еще нуждалась в ее знаниях о поместье. — А тебе разве все равно, что сталось с Кисэ?! — крикнула Сацуки. — Если он погиб, то из-за тебя! Ему оказалось «по зубам» взорвать пороховой погреб! Шепча проклятия, Хикари опустила пистолеты и поднялась на ноги, обернулись ко девушке и остальные. Пиратка хотела что-то сказать, но раздался близкий выстрел и пуля оцарапала Акаши плечо. — Она здесь! — парень выпалил в темноту из обоих пистолетов, бросил их и выхватила кортик. — За мной! — Стой! — Касуга схватил его за руку одновременно с Лао. — Она слишком хитра. И если увидела нас первой, уже не подставится под выстрел. В шлюпку! Момои с Хикари кинулись им на помощь. Почти силой они дотащили ругающегося на чем свет стоит и одновременно шипящего от боли парня до линии прибоя и отыскали шлюпку. Гребцы ударили в весла и вскоре они были на «Каравелле». Поднявшись на борт, Акаши здоровой рукой продемонстрировала всем Ключ от Подземелья Дьявола, и ночь огласилась криками восторга. |
| |||
